В ужасающей тьме ночи и холодном свете призрачных фонарей, читатель погружается в зловещую мистическую атмосферу Русской готики. Здесь кроются захоронения невероятных приключений, где любовь превращается в адскими играми, а смерть таит в себе подводные черты страшной загадки....
Твоя Элиза ноет и плачет, она ищет тебя наяву и во сне, – она ждет тебя; все ей равно – ей ничего не страшно – все в жертву тебе…»
– Элиза! Я твой! Вечно твой! Ничто не разлучит нас! – вскричал я, как будто видение могло меня слышать… Элиза рыдала, манила меня к себе, простирала ко мне руку так близко, что, казалось, я мог схватить ее – как вдруг другая рука показалась возле руки Элизы… Между ею и мною явился таинственный доктор; он был в рубище, глаза его горели, члены трепетали; он то являлся, то исчезал; казалось, он боролся с какою-то невидимою силою, старался говорить, но до меня доходили только прерывающиеся слова: «Беги… гибель… таинственное мщение… совершается… твой дядя… подвигнул его… на смертное преступление… его участь решена… его… давит… дух земли… гонит… она запятнана невинною кровью… он погиб без возврата… он мстит за свою гибель… он зол ужасно… он затем возвратился на землю… гибель… гибель…»
Но доктор исчез; осталась одна Элиза.
Стук в дверь прервал мое очарование.
– Где ты? Тебя вовсе не видно! Да что с тобою? Ты вне себя…
– Ничего; я так – задумался…
– Обещаю тебе, что ты с ума сойдешь, и это непременно, и так уж тебе какие-то чертенята, я слышал, показывались…
– Да! Слабость нерв… Но теперь прошло…
– Если бы тебя в руки магнетизера, так из тебя бы чудо вышло…
– Отчего так?
– Ты именно такой организации, какая для этого нужна… Из тебя бы вышел ясновидящий…
– Ясновидящий! – вскричал я…
– Да! Только не советую испытывать: я эту часть очень хорошо знаю; это болезнь, которая доводит до сумасшествия.
– Но от этой болезни можно излечиться…
– Без сомнения, рассеянность, общество, холодные ванны… Право, подумай. Что сидеть? Бед наживешь… Что ты, например, сегодня делаешь?
– Хотел остаться дома.
– Вздор, поедем в театр – новая опера; у меня целая ложа к твоим услугам…
Я согласился."
"Магнетизм!.. «Удивительно, – думал я дорогою, – как мне это до сих пор в голову не приходило. Слыхал я о нем, да мало. Может быть, в нем и найду я объяснение странного состояния моего духа. Надобно познакомиться покороче с книгами о магнетизме».
Между тем мы приехали. В театре еще было мало; ложа возле нашей оставалась незанятою.