Автор
В Нью-Йорке к госпоже Щебетиной звонит представитель крупного бизнеса. Катя, уверенная в шутке, не может поверить: кто среди её бывших одноклассников мог такое сделать? Гусев и Маркеловы исключены из списка подозреваемых — нет времени на выдумки. Остаётся лишь предполагать, что это могла быть Ксюта Беляева, в отъезде за границей. Встреча с неожиданным гостем окажется ключом к братской тайне века......
Хорошо хоть в свои двенадцать Анька остается нескладной и угловатой и мальчишки пока не разглядели в ней Прекрасной Дамы, а то… Скоро за ней нужен будет глаз да глаз. Даша уже собиралась захлопнуть тетрадь, когда наткнулась на запись, которая как магнитом притянула ее внимание: «Сегодня я проснулась с непонятной тоской в сердце. Я долго лежала и смотрела в потолок, пытаясь представить, что дома у нас как раньше… Папа! Я так скучаю по тебе! Наверное, и ты думаешь обо мне сейчас, я это чувствую. Где ты, папа?»
Дашу как кипятком обожгло.
Рана, нанесенная разводом, долго кровоточившая у Даши в душе, вроде бы зарубцевалась и, если ее не трогать, не очень-то и болит, а тут… По этой ране словно ножом полоснули. Даша задохнулась.
«Как я люблю тебя, папа! Я знаю, что и ты меня любишь, не можешь не любить. Может быть, Витальку ты любишь меньше, но меня… Я храню все твои подарки, которые ты сделал мне с тех пор, как не живешь с нами. На девять лет ты подарил мне плейер, и я его очень берегу, не даю Витальке, а то он может сломать. Когда я ложусь спать — надеваю наушники и слушаю музыку. Когда мне исполнилось десять, ты подарил мне ветровку.
Поначалу Кириллов приходил к детям и даже брал их к себе. Его новая жена хотела выглядеть великодушной. Анютка обычно мало чего рассказывала после таких встреч, и все подробности Даша узнавала от сына. Он так и остался ребенком, не умеющим врать. Однажды Кириллов вместе со своей Людмилой заехал за детьми на машине — покатать. А заодно рисануться новым автомобилем.
— Кириллов, вернись к мамке. Зачем ты такой дурак, попроси прощения, мамка простит, она добрая…
Даша легко могла представить, какую реакцию вызвали Виталькины просьбы у Людмилы. Не представляя, как вести себя с такими детьми, как Виталька, она, вероятно, не сумела скрыть раздражения.
— А ты, тетя Люся, сука и б…! — громко ответил он на ее выпады. — У тебя своего мужа нет, ты чужого украла.
