Женщины были его давней слабостью. Выросший в интеллигентной московской семье, после окончания восьми классов средней школы он шокировал родителей тем, что подал документы в школу парикмахеров. В группе из двадцати пяти человек Боря Неупокоев был единственным мужчиной. Учеба превратилась для него в сплошной праздник.
Родители все-таки настояли на том, чтобы их сын отказался от карьеры профессионального цирюльника, получил среднее образование и поступил в вуз.
Но и здесь Неупокоев остался верен себе. Выбрал экономический институт, где вполне мог удовлетворить свой интерес к слабому полу.
Одним из его однокурсников был Виктор Романчук – такой же охотник за юбками.
Еще на первом курсе института к Борису Неупокоеву прочно приклеилась кличка Фигаро. Данная ему в связи с парикмахерским прошлым, она совершенно точно отражала и характер Бориса – живого, энергичного непоседы. Эти качества весьма пригодились ему в дальнейшем, когда он занялся собственным бизнесом."
"Не обладая ни особым красноречием, ни явно выраженным даром убеждения, он смог быстро сколотить первоначальный капитал и умело наращивал его.
В своем возвышении по деловой лестнице Неупокоев опирался лишь на неуемную энергию и безграничный цинизм.
Зная об этих качествах бывшего однокурсника, именно его рекомендовал Виктор Романчук в качестве подходящей кандидатуры для реализации одного делового предложения. Бизнес обещал быть рискованным, но суперприбыльным.
В назначенный час Борис Неупокоев находился в своем рабочем кабинете, ожидая появления гостей.
Они не заставили себя долго ждать.
Услышав мелодичную трель телефонного аппарата, Неупокоев поднял трубку.
– Борис Степанович, к вам пришли, – донесся из трубки голос секретарши.
– Проводи.
В кабинет вошли трое. Первым был Романчук, и с ним Неупокоев, встречавший гостей у двери, поздоровался как со старым другом, похлопав по плечу.
– Здравствуй, Витя, здравствуй! А ты опять раздобрел… Сколько мы с тобой не виделись? Полгода?
– Точно, – осклабился Романчук, расстегивая на животе пуговицы зеленого пиджака. – Помню, тогда еще индийскими лекарствами неплохо торганули, облагодетельствовали, понимаешь, россиян…
– А я что тебе говорил? Ты-то мне сразу не поверил.
Романчук шутливо вскинул руки.
– Сдаюсь, признаю, что был не прав. Ты круче меня.
– Ладно, в другой раз будем выяснять, кто из нас круче. Представь-ка лучше гостей.
Романчук показал рукой на мужчину лет тридцати пяти в обыкновенном сером костюме с лицом, таким же бесцветным, как и его одежда:
– Это Сергей Иванович. Он из…
– Сергей Иванович, – с нажимом сказал гость, прервав Романчука, и подал Неупокоеву руку.
Рукопожатие у него оказалось, вопреки ожиданиям, сильным и энергичным.
– А это Юрий Михайлович.