Старуха в грязном халате и ботинках очищает тряпкой мокрые ступеньки подъезда, где кровавая жижь непрерывно набирает объем. Её крик "Ироды" гремит в тихом подъезде, передавая зловещую атмосферу гротескового безобразия и непреодолимой необходимости борьбы за чистоту.
– А каких трудов нам это стоило? Вспомни, как мне в прошлом году пришлось решать вопрос с осетинами… Сейчас снова прикрываем – ты же рынок людям подрубил.
– А если я не договорюсь с новыми партнерами?
– Вызывай меня, чем смогу – помогу.
* * *
Примерно в то же самое время за несколько десятков километров от Москвы, в Запрудном, происходила встреча, похожая на ту, что состоялась в ресторане-казино «Метелица».
Двое сидели за ресторанным столиком. Запрудненский бизнесмен Юрий Трошин и азербайджанский вор в законе Айваз.
– Юрий, я вижу, ты совсем не рад встрече со мной, – говорил Айваз, держа в руке зажженную сигарету и чуть-чуть пригубливая из пузатого бокала с вином. – Мне даже пришлось тебя просить приехать, а ведь в прежние времена я спокойно входил к тебе в кабинет, и нам никто не мешал разговаривать.
Айваз выразительно посмотрел на соседний столик, за которым напряженно застыл плечистый молодой человек.
– Это не моя прихоть, служба безопасности настаивает.
– Раньше твоей безопасностью занимался я, – сухо заметил Айваз.
– Те времена прошли. Послушай, Айваз, я приехал сюда исключительно из уважения к тебе и нашему знакомству и не хочу убивать время на пустопорожние разговоры. У меня много дел.
– Я – законник!.. – вспыхнул Айваз. – И канифоль в ступе разводить не привык… Ты нарушил наш договор.
– Какой договор?
– Я делаю тебе «крышу», ты платишь мне процент от дохода.
– Это касалось только сделок с нефтепродуктами, – немного помолчав, сказал Трошин.
– Кто? – нервно вытянул шею Айваз. – И почему я об этом ничего не знаю?
– Тебе это и не обязательно знать.
– Зря темнишь, Юрий. Здесь не Москва, все на виду. Под ментов лег? Думаешь, Айваза нет в Запрудном, можно скакать как молодой козел?
Последнее слово азербайджанец намеренно произнес с кавказским акцентом.
Трошин поморщился, скрипнул зубами, но ничего не ответил.
– Хорошо, – неожиданно смягчился Айваз, – не буду настаивать на твоем возвращении под мою опеку.
– Сколько же ты хочешь?
– Я человек скромный, нежадный, но за мной стоят люди…
– Не тяни резину, Айваз. Сколько?
– Пол-лимона.
– Ты сошел с ума.
– У тебя нет выбора, Юрий. Ты нарушил слово и должен заплатить. Откажешься, никакие менты тебе не помогут. У меня свой выход на них.
– Ничего у тебя не выйдет, – уверенно заявил Трошин, давая понять, что разговор закончен.
