Старуха в грязном халате и ботинках очищает тряпкой мокрые ступеньки подъезда, где кровавая жижь непрерывно набирает объем. Её крик "Ироды" гремит в тихом подъезде, передавая зловещую атмосферу гротескового безобразия и непреодолимой необходимости борьбы за чистоту.
Говорят, Трошин похоронную контору открыл, гробов дорогущих накупил, машинок всяких хитроумных, катафалк пригнал. Что-то я не пойму, как он на этом деньги собирается зарабатывать? Чтобы в его гроб лечь, надо всю жизнь деньги копить, и то не хватит.
Константин сел за стол, потягивая из чашки кофе.
– А почему ты думаешь, что он собрался на этом деньги зарабатывать?
– А для чего же еще столько бабок вбухивать?
– Ну, например, чтобы их отмыть, – заметил Панфилов-старший.
– Не знаю, – недоверчиво протянул Игнат. – Какая-то очень хитрожопая схема…
– А Трошин вовсе не дурак, как ты уже давно мог заметить, деньгами просто так налево и направо не разбрасывается.
– Хм… Ладно, не знаю как там насчет гробов, но вот черный «Кадиллак»… По-моему, я знаю, для чего он его купил… Чтобы над тобой поиздеваться, вроде как в отместку, твой-то сгорел…
– Сожгли, – хладнокровно уточнил Константин.
– Ну да, – помрачнел Игнат. – Извини, старшой. Отвлекся я. Для чего ты хотел меня видеть?
– Вот что, Игнат, хватит тебе отдыхать, надо и поработать, а то, как ты правильно заметил, наш семейный бизнес скоро совсем захиреет.
– Извини, что перебиваю, старшой, но неужели на самом деле все так плохо?
– Не то чтобы очень, но хреновато. Остались только мебель, наш ресторан «Луна» и казино. На спиртном и бензине пришлось поставить крест, по крайней мере пока. Физкультурно-оздоровительный комбинат не работает третий месяц – нет горячей воды. Банк наш зажали так, что не продохнуть: проверка за проверкой. Избирательная кампания мне в копеечку влетела. Пансионат «Сосновый бор» пришлось законсервировать. Половину людей в отпуска отправил, многие сами уволились.
– А Жанна, секретарша твоя, где сейчас? Что-то я ее в прихожей не заметил.
– С Жанной, слава богу, все в порядке. Учебный отпуск, она же у нас на заочном в Москве, экономистом хочет стать.
– Все так же в тебя влюблена? – Игнат хитро сощурился.
– Не будем о грустном.
– А как же твоя Татьяна – по-прежнему в столице, никак не хочет к тебе перебраться?
– Мы с тобой отвлекаемся. О сердечных делах поговорим в другой раз, – чуть заметно нахмурившись, сказал Константин. – У меня к тебе очень серьезная просьба. На открытие казино я брал лошадей в конюшне одного своего знакомого, надо вернуть. Я сейчас сам поехать не могу, нужно решить кое-какие вопросы, съездишь за меня. В общем, ничего серьезного… Так, дань вежливости. Лошадей я брал в конно-спортивном комплексе «Заря», в деревне Кузьминкино.
