Но, несмотря на то что их бдительно охраняли, в первую же ночь полторы сотни болгар бежало, бросив и волов и телеги, а другие стали ломать и поджигать свои телеги, чтобы не перевозить грузы для нашей армии. А холера тем временем, словно картечь, продолжала выкашивать наши ряды. Счет умерших шел на тысячи. Мы потеряли столько храбрых солдат, сколько теряют во время большого сражения.
Корнет отхлебнул уже остывший чай, вздохнул и продолжил свой страшный рассказ:
– Вы теперь можете представить, с какой радостью мы узнали, что в конце августа наше командование наконец-то приняло окончательное решение – высадиться в Крыму. Пусть мы погибнем в сражении, но это все же лучше, чем подыхать от холеры в этой проклятой Варне, среди зловонных куч человеческого дерьма. Ой, простите, миледи, такие слова не предназначены для женских ушей…
– Корнет, хочу вам напомнить, что я не просто женщина, но и офицер, и мне не раз приходилось слышать слова и похлеще. Мне очень интересно. Тем более что вы изъясняетесь, словно поэт. Вы, наверное, учились в Оксфорде?
– Нет, миледи, я из семьи офицера. Наше родовое поместье в Девоне, хотя мой отец, подполковник Огастас Кливленд, – родился в Индии. Он храбро воевал против Наполеона и отличился в битве при Ватерлоо под командованием славного Веллингтона. А я последовал по его стопам.
– Интересно, – я улыбнулась и заметила, что корнет вдруг покраснел. Еще не хватало, чтобы и этот юноша в меня влюбился. Да что ж это такое, а? И я сказала более суровым тоном, чем намеревалась: – Корнет, так вы мне так и не сказали, что же было после Варны?
– Простите, миледи. Я немного задумался… Так вот. Наш огромный союзный флот, состоящий из нескольких сотен парусных и паровых кораблей вышел, наконец, в море и взял курс на Крым. К полудню 13 сентября он подошел к Евпатории. Никто не оказал нам никакого сопротивления. Лишь один местный чиновник – кто-то вроде нашего мэра – потребовал, чтобы высадившиеся на берег войска в соответствии с установленными в России санитарными правилами провели какое-то время в карантине. В общем, он изрядно нас рассмешил.
Местные татары согласились поставлять нам продукты в любом количестве, лишь бы за все им щедро платили. Командующий нашим экспедиционным корпусом лорд Реглан переговорил с татарскими старейшинами, и вскоре к нам в лагерь потянулись повозки, груженные овощами и фруктами. Погонщики гнали отары овец. Мы были вдоволь обеспечены продуктами. Кроме того, татары предоставили в наше распоряжение 350 фургонов с лошадьми, волами и погонщиками. Да, это вам не болгары. Кстати, и с нами отправились трое местных татар, проводниками и переводчиками. Наш 17-й уланский полк сейчас, наверное, уже в Севастополе или по крайней мере по дороге туда.