– С Богом, ребята! – сказал я и плюхнулся в теплую воду Балаклавской бухты. На десять человек у нас было пять буксировщиков, в четырех из них было по мине УПМ, а в пятом – четыре мины-самоделки. Для фрегатов они слабоваты, а для сопровождающих их судов – в самый раз.
Все прошло без сучка и задоринки, как говорит наш шеф, «без шума и пыли». Ровно в семь мы были на месте. Вся дальнейшая работа заняла чуть менее получаса. И вот мы уже «мчимся» к нашей площадочке со скоростью аж в три узла. Без четверти девять, уже с суши, я поднял в небо квадрокоптер, который дал нам напрокат капитан Сан-Хуан.
Нечасто нам удается видеть результаты своей работы. А тут, пожалуйста – смотри и любуйся. Фрегат, обстреливающий генуэзскую крепость, неожиданно подпрыгнул от мощного подводного взрыва, после чего переломился пополам и превратился в «буль-буль-терьера». Два других накренились набок. Мачты их коснулись воды, и они перевернулись. А еще один взлетел на воздух – видимо, у него взорвался порох в крюйт-камере.
Кстати, и все наши самоделки сработали штатно – четыре британских парохода, маячившие у входа в Балаклавскую бухту, получив подводные пробоины, тоже затонули. Да, пора ставить памятник затопленным британским кораблям в Балаклаве, хотя они и не наши. Ну и что? Затопили их как раз мы, так что имеем право. Балаклава для британцев становится явно несчастливым местом. Ко всему прочему корпуса затопленных кораблей закупорили вход в бухту, и она вряд ли теперь станет местом базирования британского флота и лагерем сухопутных сил королевы Виктории.
Наблюдая за панорамой Балаклавы с помощью квадрокоптера, я обратил внимание, что войска неприятеля после потопления фрегатов отошли от развалин крепости, а потом с быстротой необыкновенной двинулись назад, к окраине Балаклавы. Нет, не герои они, не герои – испугались неизвестного. А самое главное, точно не направятся нас искать. Ну что ж, пора «Раптору» вернуться за нами… И я стал вызывать штаб по рации.
– Бабушка приехала! – произнес я фразу из книги Богомолова «Момент истины». Конечно, это ребячество – ну не сможет пока никто в этом мире перехватить наши разговоры, а потому – зачем шифроваться? Но все равно очень приятно. После Бомарзунда – это уже вторая победа моих ребят, которая приближает окончательную победу над этим НАТО XIX века. Вторая из двух попыток – прошу обратить внимание! И без единой осечки. Эх, лишь бы не сглазить…
Когда я подъехала к дому Нахимова, адмирал уже ждал меня, одетый в свой неизменный морской сюртук, фуражку, сдвинутую на затылок, и брюки, именуемые здесь панталонами. Он держал под уздцы вороного коня.
– Здравствуйте, Павел Степанович! – приветствовала его я.