Эх, говорил же мне Юрий Иванович, оставайся у нас… Там хоть удобства и не в номере, но все ж на этаже, и вода теплая, и если не ванна, то хотя бы душ. Да и был бы я уже человеком женатым… А я даже все забываю написать невесте. Ладно, вечером отпишусь, вот только работу сделаю…
Следующие три-четыре часа я провел за подготовкой материалов, потом написал все-таки короткое письмецо Мейбел; надо будет не забыть его отдать нашим радистам. А теперь пора в госпиталь… От казармы, где находились мои «апартаменты», до Морского госпиталя было всего ничего. На часах стояли двое моряков с допотопными ружьями с примкнутыми штыками. Старший, подозрительно посмотрев на меня, спросил:
– Вы к кому, вашбродь?
– Мне к доктору Николаеву.
– Их благородие сейчас заняты.
– Подожди, Потапыч, – сказал тот, что помоложе. – Ваше благородие, как вас величают-то?
– Поручик Николай Домбровский.
– Слышь, Потапыч, это же тот самый, про которого господин доктор сказал, что, мол, как придет – сразу пущать! Проходите, ваш благородие.
Потапыч с хмурым лицом чуть отступил, и я прошел в здание. Солдат начал было закрывать дверь, но я догадался спросить, где этого самого доктора можно найти. Получив точные инструкции (направо, потом налево, потом вторая направо, а там спросите, ваше благородие), я, как ни странно, уже после «налево» услышал где-то вдали Сашин голос. Он стоял перед группой врачей в небольшом зале и объяснял им, как накладывать гипсовую повязку. Да, вспомнил я, Николай Иванович Пирогов применил ее всего год назад на Кавказе. Кстати, сам великий хирург вот-вот должен прибыть в Крым.
Я, естественно, решил постоять в сторонке, но Саша каким-то образом меня обнаружил и закричал:
– А вот, господа, поручик Николай Домбровский. Это тот самый человек, про которого я вам рассказывал! Именно он спас наш караван от поляков. Коля, давай сюда.
Я начал было отнекиваться, мол, мешаю его докладу, но Саша лишь сказал:
– А мы уже заканчиваем. Я собирался идти проведать моих пациентов. И хорошо, что ты пришел, я хочу тебя с одним из них познакомить. Но сначала представлю тебя коллегам. Доктор Иван Иванович Кеплер, главный врач…
Когда мы наконец вышли оттуда, Саша деловито спросил:
– Ну, теперь давай, колись. С каких пор ты хромаешь?
– Пару дней уже. Но хуже стало сегодня утром – неудачно упал на ногу. Хрен знает, что произошло. В бою вроде ничего не болело. Да и по пути домой все было в ажуре…
Саша споро ощупал колено, задавая обычные в таких случаях вопросы, мол, «здесь болит? а здесь не болит?», после чего торжественно объявил:
– Похоже, дружище, ты себе тендинит заработал. Сиречь воспаление сухожилий. Дам я тебе пару таблеток, а также забандажирую твою коленку. А ну, пойдем… Да-да, вот сюда, в мою операционную. Не бойся, резать тебя не буду.