Никто не мог понять – в чем дело. Кто-то истошно вопил, что напали главные силы князя Меншикова, кто-то поминал незлым тихим словом «проклятых казаков», кто-то просто орал, пытаясь криком заглушить свой страх. В такой обстановке работать – милое дело.
Мы подкрались к палатке генерала Канробера и приготовились к встрече главнокомандующего. Ну, должен же он проснуться и выбраться наружу, чтобы полюбоваться на ночной налет нашего винтокрыла. Судя по взрывам, наш «Ансат» уже начал сокращать количество вражеского флота.
А вот и сам генерал. В свете зажженных у его палатки факелов, выглядит он молодцевато – усы словно пики, козлиная бородка – все как у его императора Наполеона III. Правая рука у главнокомандующего на перевязи – Канробера зацепило пулей во время Альминского сражения. Он с удивлением крутит головой и отрывисто отдает команды своим адъютантам. Ну что ж, пора начинать сафари…
Я поднял свой ВСК-94, прицелился и нажал на спусковой крючок. Дистанция была пистолетная, и потому пуля попала именно туда, куда я целился – в лоб генерала. Рядом чуть слышно захлопали винтовки моих парней. Свита Канробера легла рядом со своим командиром.
Два нажатия на кнопку рации – сигнал «отходим, работа закончена». Мы постарались уйти так же незаметно, как и пришли, но, увы, это у нас не получилось. Несколько раз из темноты навстречу нам выскакивали ополоумевшие от страха французы. Увидев наши размалеванные рожи, они начинали громко орать, так что приходилось их гасить. Мы старались делать это бесшумно, работая в основном холодным оружием. Несколько шальных путь просвистело у нас над головой. Похоже, что в панике англичане и французы стали палить во все, что движется.
К счастью, никто из моих бойцов не пострадал. Мы благополучно добрались до бухты, где нас терпеливо ожидала надувная лодка с мощным двигателем. Аккуратно погрузив на нее оружие, мы на веслах отошли подальше от берега и запустили мотор. Как и было оговорено, мы отправились в сторону мыса Фиолент, где нас должна была встретить фелюга греков, как я понял, бывших контрабандистов, которые знали все здешнее побережье, как собственный карман. Она доставила нас ночью сюда, она нас и заберет. На фелюге мы оставили кое-что из тяжелого вооружения – пулемет «Корд», несколько «Шмелей» – вещи, весьма нужные в хозяйстве, особенно если мы случайно напоремся на патрульный корабль союзников. Но, думаю, сейчас англичанам и французам не до того. Вон как гремят пушки где-то там, у выхода из бухты.
Мы же в драку больше не полезем, мы свое дело сделали. Поутру союзники оценят понесенный ущерб, подсчитают убытки и выяснят, что командовать французскими войсками как бы и некому.