Боевой офицер спецназа ГРУ возвращается в родную деревню на отпуск со своей семьей. Он обнаруживает, что местные поселения захвачены организованной группировкой кавказцев, которые жестоко эксплуатируют русское население на своих предприятиях. Герою предстоит встать на защиту униженных и...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Русский адат»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Боевой офицер спецназа ГРУ возвращается в родную деревню на отпуск со своей семьей. Он обнаруживает, что местные поселения захвачены организованной группировкой кавказцев, которые жестоко эксплуатируют русское население на своих предприятиях. Герою предстоит встать на защиту униженных и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Сергей Васильевич Самаров Литрпг подборки серии
Боевой офицер спецназа ГРУ возвращается в родную деревню на отпуск со своей семьей. Он обнаруживает, что местные поселения захвачены организованной группировкой кавказцев, которые жестоко эксплуатируют русское население на своих предприятиях. Герою предстоит встать на защиту униженных и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А чеченские боевики имели намного более солидный боевой опыт, чем дагестанские бандиты. Хотя многие дагестанские бандиты начинали свою бандитскую карьеру именно в Чечне и индивидуального опыта тоже набрались, все же в коллективных и в командных действиях обычно они проявляли слабость. Не зря все же чеченцы ездили на подготовку в зарубежные лагеря, где занятия проводили хорошие арабские специалисты. Но старший лейтенант Пашкованцев помнил это хорошо из личного опыта, даже чеченцы могли дрогнуть от подобных действий. Слишком сильна была психологическая нагрузка, которую не все могли выдержать. Взвод же Пашкованцева давно и до автоматизма отработал эту ситуацию.
– Первое отделение?
– Готово! – отрапортовал младший сержант Еремин.
– Второе отделение?
– Готово! – сообщил сержант Собакин.
– Третье отделение?
– Готово! – рапортовал младший сержант Русаков.
– Огонь!
Тридцать автоматов одновременно с двух сторон и с трех уровней высоты начали поливать очередями узкое пространство между скалами. Крошились камни, срезались пулями кусты.
Вторую команду можно было не давать, потому что каждый командир отделения знал продолжительность первого этапа и скомандовал бы самостоятельно, но все же старший лейтенант сказал:
– Отставить! Пять секунд…
Это значило, что следовало неторопливо сосчитать до шести…
Пауза в пять секунд заставляла боевиков поднять головы и автоматы. После такого массированного огня, заменяющего артподготовку, обязательно должна была бы следовать лобовая атака, так, по логике, казалось каждому. А чтобы атаку встретить, нужно мужественно поднять голову, подготовить оружие и приготовиться к стрельбе, то есть отыскать цель. А для этого следовало даже шею вытянуть, потому что боевики никого перед собой не видели.
– Давай! – скомандовал Пашкованцев, но скомандовал одновременно с тем, как выдали по выстрелу одновременно тридцать подствольных гранатометов. Площадь поражения при этом должна была быть значительной, поскольку стрельба велась с разных точек.
– Десять секунд… – прозвучала команда.
Каждый боец должен сосчитать до одиннадцати. И одновременно со счетом зарядить подствольник и сменить рожок у автомата…
– Огонь…
И опять полетела пыль от камней, опять посыпались с кустов листья и ветви…
– Пять секунд…
Гранатометы ухнули так, что в ушах у всех застрял гул.
– Вперед!"
"По этой команде нужно было не только вперед бежать, следовало еще и очередной рожок в автомате на бегу сменить, и подствольник перезарядить. Все это было сделано на первых десяти шагах. А дальше уже и командовать не надо было. Боевики бежали в узком пространстве между скал, в том самом пространстве, которое они заняли, мысля себя, как триста спартанцев, защитниками непроходимого места.
