Он был перегорожен поперек кирпичной стеной, такой же, как стены по бокам коридора… Посветили фонариком лучше. Нет, не такой же! Стена была более позднего происхождения, другие кирпичи, да и уложены иначе — не так прочно, торопливо. Сверились с планом, начерченным на Машином листочке. Перегородка была обозначена черточкой, а потом какое-то помещение: два непонятных прямоугольника. И за другой черточкой продолжение коридора.
«Надо будет продолбить эту стенку, она не толстая, и кладка не плотная, — посмотреть, что там за ней. Вернемся после обеда с инструментами и продолбим», — сказал Алексей. В это время с другой стороны стены что-то бухнуло. Потом еще раз. Звуки раздавались из-за стены, будто кто-то стучал по ней, пытаясь пробить. Мужчины настороженно переглянись. «Эй!» — не слишком громко сказал Юрий. «Эй! Эй! Кто вы? Не уходите!» — ответил мужской голос с той стороны. «Кто там? Что вы делаете?» — спросил Алексей. «Алексей! — закричали оттуда. — Алексей, это ты?» — «Якуб! Якуб! Ты жив!? Как ты попал туда? Нам нечем долбить! Ты сможешь сам сюда выйти?» — «Да! У меня есть ломик!» — удары стали сильнее, участились. Отец Алексей упал на колени и молился, подняв голову к потолку, не утирая слезы. Юра, тоже потрясенный, молча стоял рядом.
Когда появилось небольшое сквозное отверстие, Алексей и Юра просунули туда руки, пытались ломать края кирпичей. Показалось лицо Якуба — бледное, изможденное, с ввалившимися глазами. Юра забрал у него ломик, начали колотить уже с этой стороны, с новыми силами. Наконец, дыра расширилась достаточно, чтобы можно было протиснуться через нее. Тут вдруг Якуб куда-то исчез. «Я сейчас, — бормотал он. — Сейчас!» Голос доносился уже слабо, издалека: «Сможешь пролезть? Нет, подожди, лучше не вставай; я тебя так, на куртке подвину». Ему отвечал тихий стон и невнятное бормотание. «Кто там еще?» — спросил Алексей. Не выдержав напряжения, он сам, задрав полы рясы, полез в дыру. Юрий полез за ним.
Они оказались в ограниченном и с противоположной стороны (там уже была пробита неровная дыра) отрезке подземного коридора… Боковой довольно широкий проем выводил в квадратную комнату без окон с низким потолком, она была видна лишь частично. Недалеко от проема полусидел, прислонившись к стене, юноша. Его глаза были полуприкрыты веками, желтоватая кожа щек и лба казалась пергаментно-сухой, губы растрескались от жара. Юноша был без сознания, он что-то говорил, невнятное. «Бредит. Вовремя вы появились. Я бы его не дотащил», — сказал Якуб. — В темноте, тем более. Нет ли у вас воды?» У Юры в сумке оказалась небольшая пластиковая бутылка с водой; захватил почти случайно — думал на луг по жаре пойдут. Больного напоили. «Не спеши, потихоньку пей, — твердил Алексей. — Большими глотками при болезни нельзя».