Автор
Сержант Потапов оказывается в центре вражеской территории, где ему предстоит выполнять роль шпиона. Он сталкивается с опасностью и необходимостью выживать среди врагов, прикрываясь разными обстоятельствами. Интрига разворачивается вокруг его миссии и непредсказуемых событий.
А сейчас ты связанный, будто пес, jabroni. Хочешь, я посмеюсь над тобой, а ты посмеешься в ответ? Ты лишил меня руки.
Вертолет набрал высоту. Пламя, охватившее последние три этажа, вырывалось наружу, чадило в небеса.
— Deja vu, ага? Когда-то уже было так. Vecchio Вит ухмыляется, думает, что победил, а ты достаешь из широких штанин спасение. Deus ex machinа. Но сегодня иначе. Поверь, я едва держусь, чтобы не выкинуть тебя из вертолета. Пугает лишь одно: такое дерьмо, как ты, может упасть на голову законопослушного гражданина Царената. Разве я могу такое допустить? А вот девоньку… может, обратить ее в свою schavvo прямо сейчас? На твоих глазах?
Белка пришла в себя. Его слова коснулись ее ушей, подняла на него испуганный взгляд. Промолчал, скрежеща зубами, сидя связанный на полу выглядел жалко.
— Я переловлю каждую из твоих барышень. Швырну тебя в клетку из бронестекла, выставлю всем напоказ: последний ружемант, зверь в людском обличии! Готовься стать музейным экспонатом, детишки будут смотреть на тебя и называть мое имя. Иногда я даже буду приводить твоих bambino, чтобы ты видел, как они мне прислуживают.
— Мразь! Feccia! — ругань сорвалась с моих губ вопреки воле. Здравый смысл убеждал, что Скарлуччи лишь дразнит меня, но опыт подсказывал: этот сделает, как говорит…
— О! Ты знаешь наш язык? Не знал. К тому же… — он поднял на меня взор, застыл на полуслове, опасливо прищурился.
Увиденное бронемагу не понравилось…
Ярость вихрем сошлась со змеем безумия. Образы обещанного клятым Скарлуччи пробежали перед глазами.
Злобный оскал растянулся кошмарной улыбкой. Человеческий облик бежал с меня прочь, не в силах вместить всю мощь, что сумел из себя вытащить. Белка попятилась, увидев нового меня, уперлась спиной в кресло пилота. Тот недовольно обернулся, ужас мазнул по скрытому под гермошлемом лицу. Уже не видел в нем человека, только липкий, мелкий комок противного страха. Скарлуччи пришел в себя, бросился на меня, но слишком поздно. Цепи за спиной обернулись в ничто, лопнули, загремели осколками по борту лопнувшие звенья.
Ощутил внутри себя сырую вонь пороха. Уже не человек, больше нет, оружие. Блестящие головки снарядов готовы были поразить любого, которого сочту врагом.
Кулак врезался в подбородок бронемага, тот гулко выдохнул, дернулся, ударился о потолок безвременья. Мир тотчас же задрожал, пошел ходуном, закружился в диком хороводе.
Бить, рвать, драть! Стрелять! Поднявшийся на колени вражеский чародей качнул головой, прогоняя наваждение.
