Автор
Из ресторанной дивана я вышел освобожденным. Не все пары находят счастье в этом романтическом приключении. Лизонька рассталась со своим второй половинкой, но обиду не теряла — она бросила его на улице после резкой тирады. За мной летели недовольные реплики и гневный взгляд. Это небывалое приключение в мире любви и разрыва пар, где каждый выбирает свой собственный путь....
Он поднес лезвие к горлу девчонки-кендера.
— Dai-dai, amico! Слова истинного uomo! А может, вы посчитали нас jabroni? Подумали, что мы испугаемся маленьких девочек? Если так, то, может, мне прирезать эту сучку? Пусть ее sangue зальет весь объектив, что скажешь, мальчик?
Наверное, он ждал, что я забьюсь в истерике. В том, что он не шутит, сомневаться не приходилось.
Вражина выдохнул, крутанул клинок меж пальцев, загнал его обратно в ножны. Пинком повалил Старшенькую наземь. Его бойцы тотчас же поспешили оттащить ее прочь.
— Молчишь, мальчик? — Самодовольный смешок. — Правильно, что молчишь. Настоящие soldato не размениваются на слова. За них говорят пушки. Твоему оружию есть что сказать мне, amico? Тогда приходи. Вы уничтожили мой отряд. По праву, мне стоило бы перебить выживших сучек из твоего, но я сегодня di buon umore. В хорошем настроении…
Он пожевал собственные губы, будто раздумывая над тем, как это прозвучало.
— Я пришлю тебе координаты. И посмотрим, что ты сделаешь. Есть ли у тебя palle в штанах или ты еще одна из сучек? Если будешь долго думать, я прикажу бойцам поразвлечься с пленницами.
Изображение сообщения погасло. Координаты, словно коровья лепеха, шлепнулись в сообщения мгновением спустя.
— Макс? На тебе лица нет… — Белка не осмелилась подойти ближе. Я ей не ответил.
— Ната, слышала?
— Я проверила координаты, очень похоже на ловушку, — высказала мнение, переключив переговорник с общего на частный.
— Что там находится?
— Заброшенная больница. Еще до войны здесь собирались город строить. Начали со школы и больницы. Не успели — собрали только корпус. Знаешь, вполне в духе этого сукина сына.
— Знакома с ним?
— Это командующий седьмым бронеармейским корпусом. Вит Скарлуччи. Все эти шары и «Драконы» — его штучки.
— Чем еще про него обрадуешь?
Ната выдохнула, я стоял посреди повисшего молчания. О том, что все не так радужно, догадывались все. О том, что дела полный швах, лишь Влада…
— Что еще про него можно сказать? Маг, трехсотый уровень.
— Разве это не тот же ружемант, но штаны в профиль?
Было чему удивиться. Мне подобных, значит, резали и кромсали в народных жерновах, а этот танками колдует — сразу слава, почет и трехсотый уровень?
— Кардинально разные направленности. — Ната по ту сторону сигнала пожала плечами.
