Автор
В этом необычном романе Дарья Донцова предлагает размышления о том, что может считаться привычкой и чем она опасна для человека. Высмеивает обычные представления о вредных пристрастиях, а также удивляет читателя новыми的观点，探索了我们日常生活中看似微不足道的习惯背后的真实意义。...
Что было дальше, Матильда не помнит. С ней случился сердечный приступ, и она без чувств упала на пол. Присмиревшие, испуганные родители Усовой вызвали «Скорую помощь» и отвезли учительницу в больницу.
Матильда долго лечилась, потом уехала в санаторий. На работу она вернулась лишь к новому учебному году. Вошла в свой класс, увидела несколько новых лиц, удивилась, а когда сделала перекличку и, не сумев скрыть еще большего изумления, воскликнула:
– А где Кисова, Лаптева, Усова и Победоносцева? Их нет в списках! – повисла тишина, потом Света Ланская торжествующе сообщила:
– Они ушли.
– Куда? – растерялась Матильда.
– Не знаем, – хором ответили дети.
– Переругались они между собой, – еле скрывая радость, продолжала Ланская, – Лолита и Маша с Галей не разговаривали, а она с ними даже не здоровалась. Вот они какие на самом деле оказались! Мушкетерки!
Школьники оживленно загудели, Матильде Львовне стоило огромного труда успокоить их."
"Больше она с королевами не встречалась. Иногда, впрочем, до классной руководительницы долетали обрывки сведений о ее любимых ученицах.
Одноклассники «мушкетерок» благополучно выпорхнули из стен школы во взрослую жизнь. О Тане Птицыной, Игоре Попове и волшебной тряпке судачить стало некому. Через два года произошедшая трагедия окончательно подернулась дымкой забвения. Иногда Матильда задавала себе вопрос: «А было ли все в действительности? Может, ей просто кошмар приснился?»
Глава 31
– Неприятная история, – кивнул я, когда Матильда Львовна замолкла.
– И жестокость, – печально подхватила директриса. – Отчего-то считается, что школьники наивны и ребячливы. Думают только об уроках, конфетах и кино. На самом же деле в детском коллективе случается подчас такое!
– Нет ли у вас телефона Галины Усовой? – спросил я у Матильды Львовны.
Директриса вздохнула:
– Раньше был, естественно. Могу вечером в старых записных книжках порыться и поискать.
