Автор
Иван Подушкин, секретарь детективного агентства, попадает в цейтнот: хозяйка уехала на реабилитацию, а ему нужно отремонтировать всю квартиру к её возвращению. Но вместо спокойной работы его втягивают в запутанное преступление, полное загадок и неожиданных поворотов.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Рыбка по имени Зайка»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Иван Подушкин, секретарь детективного агентства, попадает в цейтнот: хозяйка уехала на реабилитацию, а ему нужно отремонтировать всю квартиру к её возвращению. Но вместо спокойной работы его втягивают в запутанное преступление, полное загадок и неожиданных поворотов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дарья Донцова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Иван Подушкин, секретарь детективного агентства, попадает в цейтнот: хозяйка уехала на реабилитацию, а ему нужно отремонтировать всю квартиру к её возвращению. Но вместо спокойной работы его втягивают в запутанное преступление, полное загадок и неожиданных поворотов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Надеюсь, за этот добрый поступок мне скостят срок, а благодарный Ванечка пришлет в тюрьму мешочек сухарей.
Тихий смех Лизы перешел в громкий. Девушка согнулась пополам и хохотала, хохотала, хохотала… а все присутствующие, оцепенев, смотрели на ручку.
Эпилог
История, только что рассказанная мною, завершилась совсем не так, как вы предполагаете.
Спустя довольно длительное время после описанных событий Макс, придя в гости, сказал мне:
– Знаешь, оказывается, все бред!
– Что? – удивился я.
– Да «улучшитель», он не работает. Это просто какая-то железка, нам уже объяснили те, кто забрал к себе дело. Сначала сообщили, что оно уходит из нашего ведомства, а теперь вот такой вывод.
– Отчего же все умирали? – изумился я.
Макс скривился:
– От инсульта, инфаркта, воспаления легких, гипертонии…
– Но…
– Вот тебе и «но», – неожиданно вскипел Макс.
– Но я сам начал немотивированно злиться! А когда ручку отдал, снова вернулся в привычное состояние.
– Тебя доконала жара!
– Макс?!
– Что!!!
– Значит, получается, они не виноваты?
– Кто?
– Луис и Лола-Лиза? Тогда с какой стати фотографу убивать Надю и Иру? А Римму? Макс, в деле полно нестыковок!
– Ваня, – рявкнул приятель, – меня уполномочили тебе сказать: «улучшитель» – сказка. Понял? И лучше тебе обо всем молчать.
– Но Луис и Лола-Лиза! Они же…
– Луис арестован. Он убил Надю, Иру и Римму из ревности.
– Ну не чушь ли! Троих сразу приревновать никак нельзя.
– Ваня!
– Ладно, молчу! Ему дадут пожизненное заключение?
– Нет, лет десять, впрочем, я точно не знаю.
– За три смерти?!
– Ваня!!!
Я молча уставился на Макса. Все понятно, Луису пообещали предельно короткий срок, если он навсегда забудет про «улучшитель» и станет озвучивать идиотскую версию о ревности. Наверное, судебное заседание будет закрытым.
– А Лола-Лиза? С ней что? Только не говори, что она вообще ускользнула от правосудия!
– Да нет, – протянул Макс, – она в СИЗО. Представляешь, отпустили девицу под подписку, она поехала домой, нарушила правила, ее остановили сотрудники ГАИ и нашли в машине героин, много, почти полкило. Сидеть теперь ей за дурь.
– Права была Кисова, назвав меня плюшевым мишкой, глупым и наивным, – вздохнул я, – жизнь бывает страшней, чем самая жуткая книга.
– Ваня, – улыбнулся Макс, – ты мишка! Но мишка по имени Тигр.
– Рыбка по имени Зайка, – засмеялся я.
– Ну это уже слишком, – хмыкнул Макс.
– А что с Петром Победоносцевым? – напрягся я.
– Его увезли в другую лечебницу, – медленно протянул Макс, – вроде в очень хорошее место, и кормят отлично, и врачи великолепные, и лаборатория имеется, суперсовременная. Думаю, Петр наконец-то совершенно счастлив. В новой клинике ему предоставлены все возможности для работы.
– Понятно, – растерянно кивнул я, – все ясно.
