– Бочка бензина, – решительно крикнул шериф, перекрывая рёв толпы.
Услышав названную цену, Ли бросил на девушку предостерегающий взгляд и медленно прикрыл глаза, давая ей понять, что нужно соглашаться.
Задумчиво посмотрев на шерифа, Джесси громко сказала:
– Вы выкупаете все запчасти, даёте мне бочку бензина и раба – на случай если мой раб будет убит.
Толпа разом притихла. Это была непомерная цена, но шериф сам назвал её.
– Да, – коротко ответил шериф, с гордостью поглядывая на стоящих рядом горожан.
– Несите бензин, – ответила Джесси. – Учтите, шериф, мой раб выйдет на арену только после того, как вы исполните все свои обещания.
– Вы не верите моему слову?! – возмутился шериф.
– Я торговка, а значит, верю только товару, – пожала плечами Джесси. – Кроме того, это сейчас вы такой добрый, а потом вдруг можете про меня забыть. Впрочем, как и все мужчины. Получил от женщины своё – и в сторону.
– Хорошо, – рассмеялся в ответ шериф. – Но учтите, вас не выпустят из города до тех пор, пока не закончатся бои.
– Надеюсь, на следующий после боёв день этот запрет будет снят? – настороженно спросила Джесси.
– Безусловно. На следующий день ваш раб будет нам неинтересен, – усмехнулся в ответ шериф. – Мы вообще не интересуемся дохлыми рабами.
– Ну это мы ещё посмотрим! – ответила Джесси, разозлившись.
Громко расхохотавшись в ответ, шериф круто развернулся и стремительно зашагал к воротам.
Спустя полчаса на площади появилась телега, которую, надрываясь, тянули два раба-мута. Рядом с телегой не спеша шёл шериф. Подкатив телегу к машине, рабы без команды остановились и, тяжело дыша, испуганно уставились на хозяина.
Широким жестом указав на телегу, шериф громко сказал:
– Бочка бензина, как я и обещал. Один из этих рабов ваш – на ваш выбор. А в канистрах плата за запчасти.
Внимательно посмотрев на привезённое богатство, Джесси молча кивнула и сделала Ли знак достать из машины ящики. Тщательно отмерив положенное за запчасти количество бензина, Ли вернул на телегу пустые канистры и задумчиво посмотрел на бочку, которую измученные рабы тщетно пытались положить набок.
Чуть усмехнувшись, Ли подошёл к телеге и, осторожно отодвинув рабов, взялся за ребро бочки. Немного присев, он одним рывком уронил полную бочку себе на плечи, после чего, медленно выпрямив ноги, толчком положил её поудобнее и, сделав четыре быстрых шага, поставил ношу прямо в кузов.
Внимательно наблюдавшая за ним толпа удивлённо ахнула: железная двухсотлитровая бочка была не самым удобным для переноски объектом.
Удивлённо покрутив головой, шериф задумчиво посмотрел на Ли и, повернувшись к Джесси, задумчиво произнёс:
– Кажется, я начинаю понимать, почему вы так дорожите этим животным. Должен признаться, я таких номеров ещё не видел.