Уже через сутки он увидел с холма очертания знакомого озера и свернул в сторону.
Спрятав машину в чахлых кустах, Ли быстро достал оружие и приготовился к бою. Ему предстояло выяснить, что знают и что успели найти прихвостни Стеллы. На сентиментальные сопли времени не было, нужно было действовать быстро и решительно. В скорости, решительности и нахальстве было его спасение.
В том, что Стелла не успокоится, пока не убьёт его, Ли не сомневался. Нужно было любым способом убрать её из сектора и освободить рабов. Способов сделать это было несколько. Первый – убрать её из-за угла, а потом, быстро подавив возмущение, объявить сектор своим. Второй – вызвать её на бой и, победив, изгнать. И последний – уничтожить всех, кто стоял за ней.
Убивать из-за угла Ли не хотелось. В изгнание он не верил. Рано или поздно Стелла вернётся, и всё начнётся сначала. Оставалось только полное уничтожение. Все, кто пришёл с ней, все, кто пришёл после, и те, кто помогает ей, должны умереть. Иного выхода не было."
"Слухи в пустыне разносятся быстро, значит, вскоре вся пустыня будет знать, что в секторе объявился новый хозяин. Найдётся много охотников испробовать его на прочность, стоит только дать слабину. Слабостью они могли посчитать любое проявление милосердия или сочувствия. Хозяин сектора должен быть безжалостен. Эту истину Ли усвоил ещё во времена своего ученичества.
Придя к решению, Ли начал действовать. Бесшумно скользя по песку, он подобрался к своему дому и осторожно выглянул из-за угла.
По двору, тыкая в утоптанный песок кусками арматуры, бродили подростки. Это бесцельное тыканье вызвало у Ли приступ бесшумного смеха. Внимательно осмотрев подворье, он метнулся к мастерской. Чуть сдвинув в сторону доску, закрывавшую окно, Ли заглянул внутрь. Здесь всё было так, как он оставлял, уходя в обитель. Очевидно, Стелла не рискнула вломиться сюда. Слишком много слухов ходило по пустыне о его учителе.
От воспоминаний Ли отвлекли грозные окрики и звуки ударов. Быстро перебравшись обратно к забору, Ли заглянул во двор и увидел, как двое громил, размахивая кнутами, гонят подростков к озеру. На пороге дома, уперев кулаки в бёдра, стояла Стелла, с интересом глядя на избиение детей. Весь её наряд состоял из узкой полоски ткани на бёдрах и ожерелья на груди. За широкий пояс, охватывавший тонкую талию, был заткнут пистолет, а в правом кулаке она сжимала рукоять длинного хлыста.
Надсмотрщики то и дело плотоядно оглядывали фигуру своей хозяйки, но её это абсолютно не волновало. Она нарочно выставляла себя напоказ, заставляя этих подонков выслуживаться, чтобы обратить на себя её внимание. Эти люди были ей безразличны.