В мире легендарного рыцаря, где каждый шаг тщательно продумывается и каждое слово — самоценность. Сюжет льется из потока времени, создавая впечатление, что читатель окунулся прямо в эпоху средневековья. Окружившись магией арены боя и тайнами древних легенд, вы поймёте, каким должен быть настоящий рыцарь в наши времена — не только воином силы, но и защитником добра и справедливости....
Похоже, «Рыцарь нашего времени» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Так ты передумал? Так я уже не интересую тебя? — с вызовом крикнула Ирина, влетая за мной в гостиную. — Я думала, мы говорим о ребенке, а не о том, чтобы развлечь тебя или доставить тебе удовольствие? С какого ляда тебе вообще важно, как я выгляжу? Я могу побриться налысо.
— Давай! Это будет еще лучше.
— Почему ты видишь только оболочки, а не людей? Ведь это же совершенно неважно, какого у кого цвета волосы. Важны сами люди, а не их внешний вид!
— Да иди ты! — я вскочил, накинул на плечи старую куртку и вылетел из дома, не желая слушать очередную порцию нравоучительного бреда, которым она меня потчевала регулярно.
«Она просто перекрасила волосы. Женщины поступают так постоянно!» — сказал я сам себе и остановился. Холод ночного города уже пробирался мне под тонкую куртку, и я пожалел, что ушел. По крайней мере, что ушел без шапки. Но злое раздражение не оставляло меня, я знал уже, что я сделаю дальше и куда пойду. Это взбесило меня даже больше, чем дурацкий, ребяческий поступок Ирины. Подумаешь, перекрасила волосы.
— С вас одна тысяча пятьсот восемьдесят рублей, — будничным тоном сказала мне продавщица в маленьком супермаркете, торгующем всякой ерундой, но в основном, конечно, бухлом. В моей руке удобно лежала бутылка армянского коньяка, в подлинности которого я искренне сомневался. Но ничего лучше не было, и я взял его. Еще до того, как расплатиться, сделал большой глоток из горла, чем вызвал недовольство окружающих.
— Держите, — я протянул ей мятую бумажку и сделал еще один глоток.
— А у вас нет помельче? — продавщица расправила мою пятитысячную и тщательно проанализировала ее на предмет подлинности.
— Нет, — бросил я довольно грубо, но, как я уже сказал, я был зол.
