В зловещей атмосфере XVII века, басмачи и дехкане выйдя на улицу, обсуждают будущее за решеткой. Василий Ясный смотрит в свой подлесок, как бы скрыть горечь и надежду. Быстро меняется повествование к темнеющему дню, когда мощные розовые лучи загораются на гладком стекле окна НКВД — охотника за безграждаными людьми....
Обошлась вся операция в два миллиона рублей.
Встал вопрос — а куда девались отбракованные продукты. Пахло какими-то махинациями в ГУО. Игнатьев получил санкцию на оперативную разработку Власика и его окружения.
Ясный организовал прослушивание телефонов, наружное наблюдение. И доложил предварительные выводы комиссии.
Услышав отчет, Сталин страшно разозлился. Завотделом, который выдавал такое финансирование на обслуживание руководящих работников, выкинули с работы и отдали под суд.
— Я ботинки одни который год ношу.
Сам Сталин был скромен, неприхотлив, всегда очень бережливо относился к государственному имуществу. Его бесило растранжиривание народных средств.
В 1951 году перед Днем авиации ему принесли новый мундир генералиссимуса — сделали его тихо, чтобы сюрприз подготовить, сшили по старым меркам из ателье.
Вождь вызвал заместителя военного министра по тылу генерала армии Андрея Хрулева:
— Что за китель? Какой срок носки положен по нормам довольствия?
— Да это неважно, — Хрулев начал понимать, что разговор становится напряженным, и заерзал.
— Неважно?! По табелю полагается два года. Срок вышел? Нет, не вышел. Тогда какой же ты начальник тыла? Ты транжира!
После этого Хрулева, припомнив старые недочеты, сняли с работы и перевели замминистра промышленности.
В конце войны всем значительным генералам выдали трофейные машины в собственность. Ясный таким образом получил «Форд». Сталину выделили «Шевроле», поставили в гараж.
— Всем выдали, кому положено? — спросил вождь у порученца.
— Всем. И ваша здесь, — порученец продемонстрировал ведомость, где значилось «И. В. Сталин, генералиссимус».
— Ладно. Пойдем посмотрим.
Позже дочь Светлана начала его уламывать, и он отдал ей машину. Она тут же ее расколотила. Сталин ее костерил самыми нехорошими словами, а потом приказал охране:
— Не пускать ее больше ко мне!
Ее несколько месяцев не пускали на Ближнюю дачу в Кунцево, где жил вождь.
Оперативно-разыскные мероприятия в отношении Власика выявили неприглядную картину.
"Помимо Ближней, за Сталиным числилось еще несколько дач. Он там не бывал, и они периодически использовались для приема высокопоставленных представителей иностранных государств. Но основное время пустовали. Вот Власик и устроил там ад кутежа. Постоянно приезжал с веселыми компаниями. Пьянки, девицы. Главное управление охраны располагало большими средствами для обеспечения жизни членов Политбюро.
