В зловещей атмосфере XVII века, басмачи и дехкане выйдя на улицу, обсуждают будущее за решеткой. Василий Ясный смотрит в свой подлесок, как бы скрыть горечь и надежду. Быстро меняется повествование к темнеющему дню, когда мощные розовые лучи загораются на гладком стекле окна НКВД — охотника за безграждаными людьми....
— Золотом торговал? За границу отправлял? Говори! Где золото? — Старший оперуполномоченный подходит сзади.
Молчание в ответ. И крик в ухо:
— Где золото?!
Так и не расколол. Но бить не стал.
Следующий этап вхождения в профессию — три месяца работы в службе наружного наблюдения, чьих оперативников называли «топтунами». Подобными навыками должен был обладать каждый сотрудник. Самая неблагодарная служба. Зной, холод, дождь — топчи улицы. В наружке постоянно не хватало народа. Как только оперативник осваивается, его уже нерачительно использовать на черной работе.
«Топтуны» прилипали репьем к сотрудникам посольств. Три главные задачи — не упустить объект, отследить связи и не расшифроваться. Особенно проблемы были с контактами объектов. Народу в группе скрытого наблюдения ограниченное количество. А те же японцы любили фокусничать — выйдет секретарь посольства за порог и давай к советским гражданам приставать: «Как пройти в библиотеку, в пивбар?» Одному сувенирчик в виде коробки спичек даст, другого по плечу похлопает.
Потом началась работа непосредственно в отделах.
Ясного удивило тогда засилье в НКВД выходцев с Северного Кавказа. Ему шепотом объяснили старшие товарищи: их держат за верность своему хозяину, жестокость и готовность на все.
Молодых сотрудников распределили по этим следственным группам. Ясный попал в группу замначальника отделения капитана госбезопасности Бечирбека Дзиова — человеку суровому и безжалостному.
