В зловещей атмосфере XVII века, басмачи и дехкане выйдя на улицу, обсуждают будущее за решеткой. Василий Ясный смотрит в свой подлесок, как бы скрыть горечь и надежду. Быстро меняется повествование к темнеющему дню, когда мощные розовые лучи загораются на гладком стекле окна НКВД — охотника за безграждаными людьми....
Ну что же, приказы не обсуждаются. Ясный уже давно решил, что принадлежит не себе, а своему народу и партии. И готов был воевать, учиться, строить. Делать то, что нужно стране от него, а не ему от страны.
Глава 2
Дорогая моя столица
Встретились они на ступенях Промакадемии. Оба запыхались, потому что занятия должны скоро начаться, а опаздывать нельзя. Дисциплина почти что военная.
— Ты подготовил материалы к собранию? — на ходу, строго спросила Надежда Аллилуева.
Она вообще была строгая. Но вместе с тем компанейская.
Василий Ясный знал, что она обычно доезжает на служебной машине с водителем до площади трех вокзалов. А дальше на трамвае или пешком до Ново-Басманной улицы. Чтобы не злословили за спиной что-то про больших людей, которые рассекают на служебном авто.
Конечно, все слушатели знали, кто она такая. Но по ее скромному поведению трудно было поверить, что это жена самого могущественного человека в стране — генерального секретаря ЦК ВКП(б) Иосифа Сталина.
— Вечером сделаю, — пообещал Ясный.
Он был профсоюзным организатором факультета, а она парторгом всей Академии.
— Смотри, не тяни. — Надежда толкнула дверь в аудиторию.
Это были последние дни занятий учебного 1932 года. Стоял июль, жаркий, хотя, конечно, с Туркменией не сравнить. Каникулы обещали много интересных открытий. В Харькове должен был состояться Шестой международный менделеевский съезд, и отличившиеся студенты факультета химии планировали принять в нем участие.
"На занятиях по математике и неорганической химии у Ясного не слишком получалось сосредоточиться на теме. Настроение было отпускное.
Наконец занятия закончились. Слушатели группы остались обсудить насущные вопросы. Приятная суета перед каникулами.
В аудитории появилась обрадованная Дора Андреева. Она была женой члена Политбюро Андрея Андреева, и хозяйственники Промакадемии этим иногда пользовались, пытаясь через нее решить неотложные вопросы хозобеспечения учебного заведения.
— Смотрите! — Дора взмахнула новым номером многотиражной газеты Академии «Сталинец». — Про нас пишут!
— Ну-ка, дай посмотреть! — Ясный взял газету и вслух зачитал: — Лучшие ученики химического факультета. Надежда Аллилуева…
Сидящая за партой Полина Жемчужина — жена наркома иностранных дел Молотова — бросила острый взгляд на свою лучшую подругу.
