Автор
В глубоких шатровых замках время медленно тянулось, когда из темных ходов донеслись слабые женские всхлипы. В ушах рыцаря резко раздался женский голос — он начал несется как невесть откуда взявшийся ветер по пустым коридорам. Этот голос просил помощи, но что именно — рыцарь не знал. Книга о страхе и надежде, где каждая страница открывает новые тайны за темной дверью замка....
— У нас они как-то всегда были… Мой отец говорил, что наши предки вступали в брак… — Тут она запнулась и посмотрела на него.
— Так на ком женились твои предки? — спросил он.
— Ой, ни на ком! Это была просто шутка! Он ничего особенного не хотел этим сказать!
— На ком все-таки?! — настаивал Николас.
— На богатых женщинах! — сердито ответила она. — Да, он говорил, что наши предки весьма преуспели в выборе богатых невест!
На это сообщение Николас никак не отреагировал — просто стоял и смотрел на нее.
Гнев ее тотчас улетучился, и, приблизившись к нему, она обняла его и крепко-крепко к нему прижалась.
— Ладно, — воскликнула она, — женись на деньгах! Возьми в жены самую богатую в мире женщину, но Бога ради, только не Летицию! Она — дрянь! Она причинит тебе зло, причинит зло всем вам!
Николас отстранил ее от себя, чтобы поглядеть ей в глаза, потом сказал:
— Летиция Калпин — самое большее, на что я могу рассчитывать. Я же младший сын в семье, самый обычный рыцарь, и у меня ничего нет, все принадлежит Киту! И мне повезло, что брат столь щедр и позволяет мне жить за его счет.
— Летиция — вовсе не самое большее, на что ты можешь рассчитывать! — возразила Дуглесс. — Ты нравишься женщинам и можешь найти другую. Если тебе суждено жениться на деньгах, мы поищем другую невесту, богатую, но не столь амбициозную, как Летиция!
Снисходительно улыбаясь, Николас ответил:
— Но спать с женщиной — вовсе не то же самое, что вступать с ней в брак! И тут ты должна мне верить: Летиция для меня — хорошая партия.
— Ты что, всякий раз, садясь на лошадь, станешь проверять, не подрезал ли кто подпруги, да? А как насчет подсыпанного в пищу яда? А как быть, скажем, с проволокой, натянутой поперек лестницы?! А если она наймет подонков, которые забьют тебя до смерти?! А как насчет того, что тебя утопят? Или сожгут?!
Все с той же снисходительной усмешкой Николас ответил тоном, каким обычно говорят с детьми:
— Я рад, что тебя это так волнует! Вот ты и поможешь мне следить за тем, чтобы ничего не случилось!
— Кто?! Я?! — воскликнула она, отпрянув от него, — Я, да?!
— Ну да, ты! — ответил он.
