Автор
В глубоких шатровых замках время медленно тянулось, когда из темных ходов донеслись слабые женские всхлипы. В ушах рыцаря резко раздался женский голос — он начал несется как невесть откуда взявшийся ветер по пустым коридорам. Этот голос просил помощи, но что именно — рыцарь не знал. Книга о страхе и надежде, где каждая страница открывает новые тайны за темной дверью замка....
Дуглесс могла лишь слабо улыбнуться на это: подумать только — всего лишь несколько минут! Несколько недель она прожила в шестнадцатом столетии, а здесь прошло всего несколько минут! Она попыталась подняться, но ноги плохо держали ее, и священник помог ей встать.
— Может, вам стоит показаться врачу? — спросил он. Психиатру, должно быть! — чуть не выпалила в ответ ему Дуглесс. Интересно, расскажи она о происшедшем с ней психиатру, стал бы он писать об этом книгу или превратил все в некий «фильм недели», собирающий кассу?!
— Нет, не стоит, — ответила она священнику.
"— Не забудьте вашу сумку! — напомнил священник. Дуглесс обернулась и увидела, что на полу возле надгробия валяется ее старая дорожная сумка. Ее содержимое ведь так помогло ей, когда она пребывала в елизаветинской эпохе! И, глядя на сумку, она прониклась чувством какой-то общности с ней: ведь где бы она ни была, сумка тоже неизменно сопровождала ее! Подойдя к сумке, Дуглесс машинально расстегнула молнию на ней и сразу поняла, что все там нетронуто — ей даже не потребовалось рассматривать содержимое.
Подобрав с полу сумку, она перекинула лямку через плечо и уже хотела выйти, но внезапно остановилась и внимательно посмотрела на основание могилы.
Стараясь не смотреть на мраморную скульптуру Николаса, она уставилась на основание надгробия.
— Что-то не так? — спросил священник. Дуглесс дважды перечитала надпись на надгробии, пока наконец поняла, что именно не так!
— Да, дата! — шепотом ответила она.
— Дата? — удивленно переспросил он. — Ах, ну, конечно! Да, эта могила очень и очень старая!
На надгробии датой смерти Николаса был указан тысяча пятьсот девяносто девятый год! А вовсе не тысяча пятьсот шестьдесят четвертый! Она склонилась над надгробием и потрогала высеченные цифры кончиками пальцев, проверяя себя, правильно ли она все рассмотрела.
