В темных аллеях городка необыкновенные существа притворялись невидимыми. А я — обычный студент, увлеченный мистическими рассказами и бродившая по ночным переулкам в поисках загадок. Но тут, на краю скамейки, призрак гриба показался существо из другой вселенной — огромное создание с невероятными ножками и руками, пытаясь выбраться в мир людей....
— Это, получается, Бао владеет магией? — осенила меня неожиданная догадка, отчего я с восторгом взглянула на резвящегося в траве грибочковидного духа. — Невероятно!
— Это всё, что вы можете сказать по этому поводу? — хмуро уставился на меня Кианг. — Вас не беспокоит, что, обнаружив следилку, Бао не убрал её сам и не предупредил нас?
Я пожала плечами.
— Он ещё маленький, возможно, просто не понял, что это что-то опасное, — сходу придумала я оправдание. — И вообще, почему ты у меня об этом спрашиваешь? Спроси у Бао! А я посмотрю, как у тебя получится получить у него хоть какой-то вразумительный ответ.
Ниран вновь рассмеялся.
— А девушка с характером! — оценил он с явным одобрением. — Где ты только такую нашёл, Кианг?
— В королевском замке, — прохладно отозвался тот.
— Это меня Бао нашёл, — поправила я. — А Кианг вынужден меня терпеть, так как Его Величество возложил на него роль моего проводника и телохранителя.
— То есть, мой дорогой друг, ты совмещаешь приятное с полезным? — понятливо хохотнул Ниран, одобрительно хлопнув Кианга по плечу, отчего тот недовольно скривился.
— А Кианг разве не рыцарь? — удивилась я.
— Не-а, — радостно сдал мне друга Ниран. — Будучи четвёртым сыном барона Акерли, он не получил ни титула, ни наследства, и был вынужден поступить на королевскую службу, чтобы всё вышеперечисленное заслужить. Ну, или дождаться в тёплом местечке, пока его старшие братья помрут.
— Ниран! — возмущённо воскликнул Кианг, с силой пихнув приятеля в бок, вызвав у того новую порцию смеха. — Не говори глупости, я не желаю братьям зла — пусть живут и здравствуют. Нет их вины в том, что я родился четвёртым, а наш отец оказался скупердяем и не пожелал мне выделить даже маленького довольствия.
Белоснежная лошадь, на которой приехал Ниран, до этого мирно стоявшая возле дороги не стреноженная и не привязанная, всхрапнула, подошла ко мне и вдруг ткнулась мне носом в плечо.
— Ох! — я вздрогнула от неожиданности и обернулась, встретившись взглядом с внимательными карими глазами. — Привет, красавица, — Я протянула ладонь и ласково погладила лошадь по носу, за что была награждена коротким фырканьем. — Ты, наверно, устала, и хочешь есть и пить.
— Она не устала, — заверил меня Ниран насмешливо. — Просто капризничает. Принцесса у меня девочка с норовом, постоянно требует к себе внимания и обходительного отношения.
