В Калифорнии 1870 года разворачивается тайна убийства, которое не может раскрыть ни полиция, ни загадочный иллюзионист. Сестра убитой готовится к действиям, чтобы найти их, пока на Той Стороне ждет заживо похороненный принц.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Рыцарь умер дважды»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В Калифорнии 1870 года разворачивается тайна убийства, которое не может раскрыть ни полиция, ни загадочный иллюзионист. Сестра убитой готовится к действиям, чтобы найти их, пока на Той Стороне ждет заживо похороненный принц.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Екатерина Звонцова Легкое чтение Фантастика Фэнтези подборки серии
В Калифорнии 1870 года разворачивается тайна убийства, которое не может раскрыть ни полиция, ни загадочный иллюзионист. Сестра убитой готовится к действиям, чтобы найти их, пока на Той Стороне ждет заживо похороненный принц.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А как ты дрожала, как забывала о ссадинах, как склоняла голову, открывая шею моим губам! Грязная, белая, как твоя кожа, ложь. А я не терплю лжи и мщу за нее вдвое, втрое хуже, чем за все иное. Но… лед, не искра. Всегда.
Ты молча отвела глаза. Сколько ты уже избегала меня, сколько ставила меж нами своих соратников? Сегодня не выйдет.
— Я готова. — Ты снова привстала на носки, коснулась моего рукава. — Ее жизнь бесценна, проси чего угодно, только, пожалуйста…
Ты запнулась. Блестели тлеющие цветы в старых лампах, их свет отражался на твоем доспехе и бился в глазах. Почему ты так унижалась за девчонку? Как она могла занять место в твоем сердце? Ты не молила так за своего Вайю. Не бледнела. Не теряла слов.
— Не держи ее там долго. — Ты закусила губы. — Она боится темноты. И злых людей. Ее дух — не дух воина. Ей нужен свет.
Совсем как сестра, о которой ты порой говорила. Сестра, оставляемая дома. Это вело твою любовь? Слепое желание хоть на одной стороне, хоть перед кем-то слабым и доверчивым не быть виновной? Дома ты должна была лгать той, с кем вышла из одной утробы. Здесь могла еще спасти от гибели сердечную подругу. Я усмехнулся. Жанна… никого мы не любим горячее, чем свои отражения и отражения своих ошибок. Людей иных нам любить очень трудно.
— Я отпущу ее, когда наступит утро. Думаю, она проживет этот срок.
— Спасибо тебе. Чего ты просишь?
Голос — тень голоса. Ты отпустила меня, но не отступила, и я взял тебя за руку сам. Стальная чешуя шла ровным плетением до самого запястья. Удивительно, что когда-то в этом мире творили такие доспехи, такие клинки, а ныне забыли, как добывать руду. Удивительно, что у тебя едва ли не последние из этих предметов, знакомых мне по романам о рыцарях и трактатам о войнах. И удивительно… но сегодня эти вещи тебя не защитят.
— Я хочу, чтобы ты провела со мной эту ночь. Как женщина проводит ее с мужчиной.
Ты отшатнулась и оступилась; я удержал тебя — ненастойчиво, лишь слегка сжав руку. Внизу, на площади, стояли зрелые и молодые воины, собиравшиеся к кострам; выходили из больничной башни целительницы, ласково ведущие своих готовых к посвящению учениц. У всех в уборах пестрели перья и орхидеи, все надели лучшие наряды, зачесали волосы и раскрасили лица. Ты, в доспехе и белом плаще, простоволосая, бледная, отчаянная, была прекраснее.
— То, что ты слышала. Ничего иного.
— Они бесконечны, даже смерть — одна из них.
Но эта будет последней, я чувствовал. Так или иначе, последней для нас и круга, по которому мы ходим.
Ты молчала. Белая Сойка — внизу, в толпе тех, кого подбадривал перед инициацией, — посмотрел на меня поверх плеча какого-то мальчишки. Люди ждали, чтобы я повел их, не тревожились даже твоим появлением: знали, что ты почтительна к нашим традициям. Куда почтительнее, чем я.
