Так вот, голос у него в нашей компании чисто совещательный, и ты можешь не опасаться его самодеятельности, ибо его право отдавать прямые приказы мной было уже заблокировано после того, как он предложил пожертвовать не только тобой, но и пятью тысячами наших соплеменников. Теперь я хочу задать тебе два вопроса. Первый вопрос. Каким образом мы с тобой можем разговаривать, когда ты там, а я здесь?
– Это все психосканер, – подумала Лиут, – он фактически часть моего мозга, поэтому я имею куда больше возможностей, чем даже самая опытная из матрон. Ни одна из ни не сможет вот так вести беседу, на это способны только мы, корабли. Матроны же максимум что могут – это подслушать обрывки чужих мыслей… Еще я знаю, что ты говоришь искреннее и не врешь мне, поэтому я с радостью иду тебе навстречу.
– Хорошо, – подумал я, – тогда второй вопрос. Согласна ли ты стать моим другом и союзником, следовать за мной, куда бы я ни направился, и разделить со мной труд по созданию нашей Империи? Черт возьми, Лиут, ведь ты же даже можешь быть моей личной яхтой. Кандид мне говорил, что если освободить тебя от лишнего груза, то ты будешь также быстра и маневренна, как наш «Несокрушимый». Главное, чтобы мне и моей супруге понравились интерьеры внутри тебя, а то временами Кандид бывает просто непереносим… Но только отвечай быстрее, наше время почти вышло и мне уже пора бежать.
В этот момент Вика дернула меня за рукав.
– Эй, Шевцов, – встревоженным шепотом произнесла она, – что с тобой? У тебя такое странное лицо и ты шевелишь губами, как будто разговариваешь сам с собой.
– Тихо, Вика, – сказал я, – у меня важные переговоры. Все остальное объясню тебе позже и не здесь.
Выслушав мой ответ, Вика тут же дисциплинированно замолчала, хотя и продолжала с тревогой поглядывать в мою сторону. А вот другая на ее месте могла бы устроить и скандал и сцену ревности. Только Вика не такая; а еще она знает, что я никогда ей не лгу, еще с тех пор, когда она была просто девчонкой, которую взрослый дядя взял под свою защиту. Именно за эту понятливость я ее и люблю; точнее, не так – люблю я ее совсем за другое, а вот за понятливость уважаю как ценного сотрудника и надежного боевого товарища.
Лиут тоже терпеливо ждала, пока я урегулирую свой вопрос Викой, и ответила только тогда, когда я прекратил говорить с женой, хотя ее явно обуревали жаркие эмоции.
– Стать твоей личной яхтой – это нести твой домашний клан?! – мысленно воскликнула она. – Нести тебя, твою самку, твоих детенышей… и чтобы вы каждое утро выходили ко мне в рубку и говорили: «Здравствуй, тетушка Лиут!», – а я бы отвечала вам: «Здравствуйте, мои дорогие, как я рада вас видеть!» – конечно же, я согласна, и на любых условиях.