Как добрался? Нашел своих покровителей?
– К ночи вчера доехали, – признался Герг, – а что до покровителей, я пока и не искал, решил немного среди балаганщиков потереться.
– Самобытная культура бродячих артистов, поиск вдохновения поэта, уставшего от интриг и суеты власть предержащих, – подсказала я, сдерживая смех.
– Ээ, да, – «почемуто» чуть зарозовев, подтвердил Птица.
– И пышный бюст красавицы из труппы дядюшки Каро, – цинично встрял Лакс, ничуть не стесняясь моего присутствия.
– Не без этого. – Улыбка Герга стала весьма самодовольной. – Но если вы не против, я бы еще к вам заглянул, может, проводил бы к балаганщикам. Страсть как интересно, каким образом ты из кукол чегото незримое для нас, простых смертных, изгонять будешь.
Дав разрешение Птице поразвлечься за мой счет, позавтракала в компании друзей и вернулась наверх. А мужчины еще не прощались, могу спорить, решили почесать языками о прелестях балаганщицы. И эти создания называют сплетницами женщин? Да любой парень по части перемывания косточек даст сто очков форы своим подружкам.
Отправив восвояси балаганщиков, я наконец примерила один комплект из присланной Гирцено одежды, тот самый, золотой, да так в нем и осталась, поскольку изза окна раздались вопли: «Хейа! Дорогу карете лорда Фелика!» Вместо зеркала передо мной засияла довольная физиономия Фаля, дух впечатлился новым нарядом настолько, что моментально пристроился в складках гофрированного шарфа на плече, я лишь чесанула распушившиеся после мытья волосы, собранные в хвост, всетаки на помолвке знатных персон не каждый день бывать доводится, и чинно спустилась во двор. Фелик как раз успел вылезти из кареты.
Прекрасный Фелик в шляпе с длинным и ощипанным, явно по моде, а не изза того, что его выдрали из хвоста у несчастного петуха из ближайшей подворотни, голубоватозеленым пером напустил на себя радостносмущенный вид, едва завидев меня. Хотя, может, зря я парня в двуличии подозревала, вдруг юный щеголь был искренне рад меня лицезреть, если не изза обаяния и красы магевы, так изза того, что видел во мне ключ к разрешению серьезной проблемы. Только я могла сказать, чокнулся его господин от любви сам по себе, что иногда случается даже с самыми трезвомыслящими личностями, или был околдован самым наглым образом не с помощью женских чар, а менее естественным путем.
Сдернув с головы шляпу, Фелик отвесил мне замысловатый поклон, выглядевший в его исполнении как изящный танец. Я же, разучившая перед школьным балом лишь простейшие вальсовые па и затвердившая в далекую пору детства шажки и повороты «барыни», могла только пялиться на все эти подскоки и выверты.