Встреча нового босса вызывает сомнения: Александр с нетерпением ждет начала работы новым директором Максима Алексеевича, а Милена отмечает его чуждое прозвище "Хозяин". Но вскоре становится ясно, что жизнь в компании изменилась - теперь каждый знает свое место.
Позади меня послышался стук каблучков:
– Вечер добрый, Максим Алексеевич.
– Добрый, Елена, вы что-то хотели? Говорите быстрее, потому что я тороплюсь.
Я захлопнул дверцу сейфа и выпрямился.
– Вы так и не подписали бумаги?
Елена взяла с моего стола верхнюю часть бумажного накопителя.
– Нет, я ничего не подписывал. Потому что сегодня я занят решением срочных вопросов. Вы же сами сказали с утра, что на подпись – только заявления от сотрудников и прочая мелочёвка. Это текущие вопросы. А текущие вопросы подождут и до завтра.
– Да, – она поднимает пару листов А4 из бумажного накопителя и протягивает мне бумажный конверт, говоря довольным голосочком, – это лежало утром на вашем столе. Я убрала его в накопитель до вашего прихода. Вы же не любите, когда вашем рабочем столе лежат посторонние предметы.
Странное дело, но мне кажется, что она злорадствует. Вид у неё такой, как у человека, который знает, что вот-вот тебе на голову выльется ведро с краской; знает, но молчит, смакуя момент.
– А ну дай сюда!
Я вырываю бумажный накопитель из рук Елены и перебираю сложённые там заявления, отбрасывая в сторону. Заявление на оплачиваемый отпуск, заявление на отпуск «без содержания»… Всё не то, но… Вот оно.
В голове одни вопросы – и ни одного ответа. Телефон Милены не отвечает. Что ей опять взбрело в голову, сумасшедшая?.. И где мне теперь искать эту чертовку? Я вдавливаю педаль газа в пол, превышая скоростной режим и опасно лавируя между потоками машин, возмущённо гудящих мне вслед.
Отпираю квартиру и захожу внутрь. Там тихо, словно в морге. Я сразу замечаю, что открыта дверь комнаты, в которой было свалено барахло Наты. Утром она была заперта на ключ, а сейчас он торчит в замочной скважине. Чёрт. Похоже, вот и ответ, куда делась рыжая.
