Автор
В утренней дымке Волчьего лога появляются первые путешественники. Страшное правило - охрана входа, как бы подавляет прибытие новых посетителей. Но девушка не уступает, страстно желая преодолеть это препятствие и обнаружить другую картину за повседневным обычаем.
Похоже, «Рыжее счастье» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как ни странно, в окружении этих вещей я ощущала себя удивительно к месту. И уже могла представить свою дальнейшую жизнь — мирную, спокойную, неспешную. С долгими завтраками и неторопливыми ужинами, с походами в лес за грибами и поездками в ближайший город за покупками. С уютными зимними вечерами и короткими летними ночами. Не жизнь — мечта!
Пока я чаевничала, за окном окончательно стемнело.
Тихий стук, долетевший из комнаты, заставил удивленно прислушаться. Странно. Такое ощущение, что хлопает оторванный ставень.
Поднялась из-за стола, прихватила для храбрости веник и двинулась в гостиную.
Звук стал громче. И раздавался он от окна.
Я включила свет и в тот же миг увидела метнувшуюся по стене тень.
— Ну и что тут у нас за привидение завелось? — иронично уточнила у смолкнувшего пространства.
Пространство отвечать не пожелало.
— Захочешь есть — приходи на кухню.
Не дожидаясь реакции на свои слова, вскинула на плечо веник и вышла из комнаты.
Первая ночь в незнакомом доме спровоцировала меня на глупость.
Укладываясь спать, я дважды перевернула подушку и прошептала: “На новом месте приснись жених невесте!”. Бред, конечно. Какой жених? Зачем он мне, вообще, нужен?
Но неискоренимый женский прагматизм убежденно заявил: “делай как положено, и не умничай!”
Вот я и сделала.
Спала крепко. Но недолго.
Проснулась от ощущения чужого взгляда. Ага. Так и есть. В темноте тускло светились два желтоватых огонька.
— Чего стоим и смотрим? — ляпнула с испугу.
Страх взял за горло холодной рукой, но я от него отмахнулась и продолжила:
— Эй! Ты хоть отзовись, что ли! Или ты немой?
В ответ донеслось еле слышное фырканье.
— Ну по крайней мере, не глухой, — пробормотала я.
Сердце испуганно колотилось в груди, а язык, как всегда в таких случаях, болтал невесть что. Я пыталась разглядеть ночного гостя, но кроме светящихся глаз ничего больше не увидела. И почему не догадалась лампу в прихожей включенной оставить? И шторы, как назло, задернула.
— Может, скажешь что-нибудь?
Незнакомец не подавал ни звука.
— Нет? Ну хоть анекдот вспомни, чего без дела-то стоять?
Темнота чуть слышно вздохнула. Помолчала. Вздохнула еще раз. А потом раздался тихий шорох, и загадочные глаза исчезли.
Вместе с ними исчезло и мое глупое бесстрашие. Руки задрожали, дыхание сбилось, по телу прокатился озноб.
— Эй! — тихо позвала я. — Ты еще здесь?
Ответом мне была глухая тишина.
Осторожно поднявшись, включила свет и огляделась.
