Автор
Ксения страстно любила его двенадцать месяцев — то она верит, что это ее Сашка, ее половинка, но каждый раз ожидая ответа и поддержки, он исчезает. Теперь эта история переходит к другой женщине, которая видит в нем рыжие мечты, которые он упорно игнорирует. В этой истории мир перевернулся — кто станет женой Саши?...
— Всего лишь, что ты так себе в постели, заставляешь отрабатывать ужин и любишь облизывать туфли, — произнесла таким невинным тоном, что захотелось треснуть по заднице, чтобы горели ягодицы, а потом трахнуть основательно, чтобы ходить не смогла! — А про размер я не говорила, только на маленький кактус посмотрела.
— Да что ты говоришь! — умиленно покачал головой.
— Да ладно, Потрясов, собери сотрудников в конференц-зале, сними штаны и сразу все вопросы отпадут. Хочешь я организацией займусь?
— Нет, Русалка, — я потянулся к пряжке ремня, — мне только твое мнение интересно, — и щелкнул, расстегивая.
— Ты что делаешь? — и глаза так округлила, ну дева непорочная, ей богу!
— Доказываю, что я не верблюд.
— Про верблюда вообще речи не было! — Ксюша попыталась ноги свести, но я обхватил за ягодицы и прижался к ней пахом.
— Поцелуй меня… — попросил хрипло. Сейчас градус напряжения снизим и можно сразу в аэропорт.
— Нет… — шумно сглотнула она. Я же чувствовал, что сила взаимного притяжения между нами побила все рекорды, так чего упрямиться?! — У меня жених…
— Ксюш, ну хватит, а.
— Ты следишь за мной, что ли? — нервно проговорила.
— Может, и слежу. Русалочка, я с ума по тебе схожу…
Ксюша начала сдаваться: стала податливой и мягкой, с шальным взглядом и влажными губами.
— Поцелуй меня. — Мне отчаянно хотелось, чтобы она сделала это сама. — Пожалуйста…
— Ксюха, — услышал громкое, — хотела предупредить… Ой!
Карина ворвалась в кабинет. Ксюша встрепенулась, совсем другими глазами на меня и ситуацию посмотрела.
— Ты специально это сделал! — резко отпихнула меня. Откуда только силы взялись! — Убирайся!
— Да ладно, — грубо оборвал. Я тоже злился. — Ты не особо против была. Потрогай себя между ног и иди клепать очередную сплетню, как страдала подо мной.
Блядь, совсем не это сказать хотел, но Дашкова порой ну такая сучка, что нервов не хватало.
— Забери, — она буквально впечатала футляр в крышку стола.
— Это подарок, — глухо отозвался.
— Мне. От. Тебя. Ничего. Не. Нужно! — отчеканила и отвернулась, поправляя одежду.
— Уверена?
Ксюша только плечом дернула. Отлично. Я схватил коробку с украшением, окно открыл и…
— Ты что…
И запустил ей с восемьдесят второго этажа.
— С наступающим, Ксения Анатольевна, — и ушел. Бесит меня.
В кабинет Полонского вернулся взвинченным.
