В одиночной реанимационной палате царила тихая атмосфера: холодные светильники и мониторы создавали мягкий полумрак. Здесь я лежала, словно в оазисе после нестерпимой жары ужаса. Всё вокруг казалось чужим и незнакомым — даже пространство для отдыха было застелено медицинскими одеяниями. Что я здесь делаю? Чем эта палата связана с моей неясной прошлой жизнью, о которой я всё ещё не могу вспомнить?...
Конечно же, номер принца не ограничивался единственным помещением, правда, исследовать остальные комнаты не было желания.
Остановившись около большого кожаного дивана, вопросительно посмотрела на юношу.
Не глядя на меня, тот достал из кармана ключи от автомобиля Светы. Передав их невозмутимому воину, приказал на японском:"
"— Отогнать в дом Игнатьевых, — подождав, пока за мужчиной закроется дверь, глянул на насупившуюся Свету и сообщил уже на русском: — Яра завтра едет со мной в Японию. Это не обсуждается. Думаю, вам следует поехать с нами, — он властным жестом остановил собравшуюся заговорить девушку.
Принц казался невозмутимым, но я чувствовала его беспокойство. Беспокойство за нас обеих! Жар стыда опалил щеки. Стало неудобно за мысли о том, что он может предать, отдать службистам.
Получается, там, в ресторане, он прекрасно понял, почему я не сразу сняла щит.
Внезапно память услужливо подкинула картинку: черный внедорожник на парковке около магазина.
— Ты не снимал свою охрану! — выдохнула едва слышно. Сообразив, что в присутствии Светы обратилась к принцу на «ты», закусила губу от досады. Впрочем, вряд ли это такая уж страшная оплошность.
Улыбнувшись одними глазами, Дэйчи лаконично обронил:
— Чуть позже все обсудим, — затем вновь посмотрел на хмурую Свету.
— Будете кровь пускать? — угрюмо поинтересовалась Света.
— Достаточно магической клятвы, — парень усмехнулся, а после ледяным тоном потребовал: — Преклоните колени, Светлана.
Обреченно вздохнув, девушка опустилась перед принцем на колени. Положив ладонь ей на макушку, будущий правитель сверхдержавы произнес:
— С этой минуты и до конца своих дней ты, русская простолюдинка Светлана Савельевна Игнатьева, будешь служить мне верой и правдой, — ладонь юноши замерцала насыщенным серебристым светом.
— Клянусь, — едва слышно отозвалась Света, и в этот же миг тугие серебристо-черные спирали медленно закружились вокруг ее головы.
— С этой минуты ни помыслом, ни словом, ни делом ты не причинишь мне вреда. Клянешься ли ты в этом? — не меняя тона, продолжил Дэйчи. Спирали засветились ярче. Опустившись, они остановились на уровне груди девушки и, казалось, ждали ее ответа.
