Автор
Вероника ощущала гнетущую тоску после новости мужа. Ей захотелось сначала выпить все до дна, чтобы забыть обиду, а потом – вымыться в бане, очиститься от всего этого мучительного. Такой уж была ее нынешняя ситуация и настроение после скандала.
Клавдия Петровна тут же подсуетилась и спросила:
– От чего померла Зинаида-то, сынки?
– Сердце остановилось, – ответил молодой человек, у которого в руках был медицинский чемодан. Он повернулся к своему напарнику и спросил:
– Ты труповозку-то вызвал?
– А как же, Андрей Андреевич, пока вы заключение о смерти писали, я позвонил.
Вероника повернулась к старушке и сказала:
– Клавдия Петровна, пока в квартире никого нет, давайте поднимемся. Хочу кое-что посмотреть, пока милиция не приехала.
– Пошли, милая, если дверь закрытая, я у соседки ключики возьму, тебе-то она не даст, а мне завсегда.
Они поднялись на третий этаж и, подойдя к двери, увидели, что она открыта. Осторожно ступая, Ника прошла в комнату и увидела тело, накрытое простыней прямо с головой. По спине пробежали мурашки, но она пересилила страх и приподняла уголок. На лице Зинаиды Григорьевны застыла мученическая гримаса, видно было, что она перед смертью испытывала страшные муки. Ника откинула простыню еще больше, чтобы увидеть руки.
Затем Ника прошла в комнату Игоря, чтобы забрать фотографию, и застыла на пороге. Снимка не было. Она хорошо помнила, что поставила его вчера туда, где взяла, то есть на письменный стол, но он отсутствовал.
– Ладно, Клавдия Петровна, пойдемте отсюда, дышать здесь трудно, что-то мне нехорошо.
– Пошли, дочка. Ты нашла, что искала-то?
– К сожалению, нет. То, что я хотела отсюда забрать, пропало, а еще вчера на месте было.
– Ценность какая? – с интересом спросила старушка.
– С материальной точки зрения нет, не ценность.
