Автор
Вероника ощущала гнетущую тоску после новости мужа. Ей захотелось сначала выпить все до дна, чтобы забыть обиду, а потом – вымыться в бане, очиститься от всего этого мучительного. Такой уж была ее нынешняя ситуация и настроение после скандала.
Потом вернулась к ямке и засыпала ее землей, чтобы котят не растащили собаки и крысы. Когда они вошли в дом, Ника посмотрела на котенка, который уже ползал по полу и орал, требуя молока. Он был еще слепой, но горластый будь здоров. Когда его притащила Дуська, он не издавал ни звука, видно, от слабости, а сейчас уже требовал свое.
– Вот и не верь после этого, что у кошки девять жизней, – усмехнулась Ника и прошла в чулан, чтобы принести оттуда большую корзину.
Она постелила туда мягкую фланель и положила на нее котенка.
Потом Ника переоделась в удобный спортивный костюм и прилегла на диван с книгой. Сколько Ника ни пыталась сосредоточиться на остросюжетной интриге, у нее ничего не получалось. Мысли то и дело возвращались к событиям последних трех дней. Наконец она оставила попытки отвлечься и прошла в сад. Опять закурила сигарету и начала размышлять.
«Кто же, интересно, хотел развеять меня по ветру вместе с машиной? Это не шутки, и к этому следует отнестись с полной серьезностью. Если была одна попытка, то нет никаких гарантий, что ее не захотят повторить. Софья Павловна права, нужно прибегнуть к маскировке, правда, у меня совершенно ничего для этого нет. Надо будет купить парик жгуче-черного цвета и превратиться в женщину «вамп». Вот только машину перекрасить мне не удастся. Что же придумать?»
Пока Вероника прохлаждалась в саду, приехал Николай.
– Ну вот, принесла нелегкая, – проворчала она и пошла открывать ворота.
Машина с визгом влетела во двор, и из нее выскочил всклокоченный Николай.
– Ника, бога ради, объясни мне, что произошло?
– Иди в дом, не здесь же рассказывать всему поселку, что меня хотели поджарить в своей собственной машине, как барашка на вертеле.
– Хватит иронизировать, Вероника, – вскипел Николай, – когда ты только станешь серьезной? Вроде неглупая женщина, пора бы и повзрослеть.
– Уже повзрослела, проходи и прекрати орать, – прошипела она.
Николай что-то ворчал, но послушно пошел за ней в дом. Как только переступил порог и за ним закрылась дверь, он зафонтанировал с новой силой.
– Объясни мне, будь добра, где тебя все время носит? Пока жила дома, ты себе не позволяла подобных вольностей. Я звоню со вчерашнего вечера, но тебя как корова языком слизала.
