Женщина замечательно невзначай обернулась у входа в кафе, нашла доступное место и с удивлением улыбнулась захваченному мужчиной столик. Промямлив что-то необъяснимое - скорее извинение или благодарность, на миг задержавшись взглядом, она легко села, прикрываясь легкой хитрой улыбкой и отражая недовольство ожидающих. Так начинается ее история, в краю полного хаоса аэропорта....
Крайнов снова прочитал письмо, и по мере осознания в груди начало замерзать сердце — а ведь это не шутка! Кира написала это всерьез!!
Кира лежала, свернувшись калачиком на кровати, и умирала душой — такое явное ощущение, словно где‑то внутри образовалась дыра, через которую вытекает душа!
Господи! Какая глупая, нелепая и трагическая цепь случайностей продырявила в ней эту дыру!
Первым звеном в кандальной цепи судьбы явилась метель! Смешно, горестными слезами смешно!! Та метель, что свела их с Колей, послужила началом отсчета этих звеньев!
Ксения Петровна не смогла прилететь, и понадобилось снять на пленку выступление учеников Киры! Вторым звеном явился Слава — безответственный оператор, который, упиваясь своим профессионализмом, уловив красивую картинку, не удержался и снял Кирино выступление, и не потрудился вспомнить свое обещание, и уж тем более сдержать его!
Третьим звеном стал редактор телевидения, который смонтировал репортаж, вставив в него и кадры с Кирой!
Четвертым — столичный канал «Культура», который, делая годовой отчет, выбрал именно этот репортаж!
И пятым, что у какого‑то криминального вымогателя обнаружилась тонкая душевная организация с тягой к прекрасному и к регулярному просмотру канала «Культура», что вообще за пределами понимания!
Одно зацеплялось за другое, сковываясь в цепь, на которой, как при пытке, подвесили Киру!
Ей было так плохо, как никогда в жизни, как она представить не могла! Болело все тело, она не помнила, когда ела в последний раз, и желудок сводило голодными спазмами, сил не было не то что двигаться, а даже шевелиться и дышать!
Она заползла в свою «нору», свернулась калачиком, укрылась с головой одеялом.
«Нет!» — четко и громко сказал какой‑то голос внутри нее.
«Что нет?» — продираясь сквозь паутину болезненного опустошения, удивилась Кира.
