В моем кабинете нет места для грязи и разводов — в сравнении с засохшими разметками на лапах Тгора. Однако его сообщение о находке волшебных камней вызывает серьезный интерес, отклонять которое было бы неуместно.
На что я поспешила иронично заметить:
— Не вульгарнее чем слышать от вас оскорбления, при том, что мы даже не знакомы.
Красивый глаза незнакомой королевы прищурились, но сказать она больше ничего не успела, потому что слово взял её спутник.
— Я — Вольрам Стершин, — представился мужчина так, будто сделал мне одолжение, — правитель соседствующего с вами королевства Рамшер.
Как это ни странно, но свою жену король Вольрам представлять не стал — если бы не корона, венчавшая русую голову, то сложилось бы впечатление, что он притащил с собой фаворитку.
Поэтому без стеснения я холодно заметила:
— Хотелось бы сказать, что рада знакомству, но.… Пожалуй, я просто попрошу в следующий раз при встрече со мной оставить свои выводы при себе.
— Думаешь, вышла замуж за Адриана ради защиты и теперь можешь позволять себе что угодно? — прошипел король, пока его безымянная королева покрывалась пятнами.
— Ради защиты? — послышался насмешливый голос Адриана.
Звук лился будто из каждой тени просторной залы, нагоняя ужаса, отчего мы завертели головами в поисках Властелина. Тьма стала сгущаться, расти, перетекая от одной тени к другой, и вот уже спустя пару ударов сердца я с королевской четой стою на небольшом пятачке света, а вокруг плещется непроглядная мгла.
Пусть я не видела мужа, но очень чётко чувствовала его недовольство, которое лилось вместе с ядовитыми словами:
— Зачем моей жене защищаться от меня? Этот вопрос более уместен, когда он касается вас, но даже по этому поводу ей нет нужды волноваться. Моей силы хватит для защиты как Даристра, так и Ледяных Пустошей.
Лицо короля Вольрама слилось по цвету с белым кителем, а его жена, кажется, готовилась упасть в обморок. Идея плохая — сейчас её муж был слишком сосредоточен на Адриане, чтобы вовремя подхватить летящее на пол тело.
— Вы не можете напасть первым, — в конце фразы король дал петуха.
— Верно, — ласково соглашается муж, но от его интонации даже у меня бегут мурашки, — но я могу в полной мере защищаться.
