В моем кабинете нет места для грязи и разводов — в сравнении с засохшими разметками на лапах Тгора. Однако его сообщение о находке волшебных камней вызывает серьезный интерес, отклонять которое было бы неуместно.
— Ничего не понимаю, — честно протянула я сама, подходя ближе к Адриану. Он так и стоял на пороге укромного зала не решаясь ступить в настолько личное для меня место.
— А что здесь непонятно? — вздыхает муж, нервно проводя рукой по своим волосам. После чего на что-то решившись уверенно произнёс: — Я люблю тебя и хочу, чтобы мы были вместе без контрактов, условий и прочей ерунды. Ты согласна быть моей женой?
Столько всего плескалось в золотой радужке, что я едва удержала глупую улыбку. Слишком уж мне захотелось подразнить этого вредного тёмного.
— Дай-ка подумать, — сделала вид, что собираюсь всерьёз размышлять над предложением, сделанным уже после свадьбы, полюбовалась на вытянутое лицо мужа. А затем, восторженно пискнув, обняла его и пробурчала в мужскую рубашку: — Конечно, согласна. Меня ведь в этот мир притащили по твою душу, так что вариантов мне не осталось.
— Что? — ошалел Адриан то ли от моего признания, то ли от новости, что я не из этого мира.
— Я потом как-нибудь тебе всё расскажу, — вскинув голову, пообещала с хитрой улыбкой.
Усмехнувшись, муж покачал головой и не стал спорить, смирившись с тем, что жена ему досталась себе на уме. Впрочем, такая же, как и он сам.
Подхватив меня на руки, Адриан позволил мне самой прильнуть к его губам, после чего подарил самый сладкий и нежный поцелуй на свете.
Эпилог
— Мне совершенно нечего надеть! — паниковала красивая эльфийка, мечась по светлой комнате.
Сделав глоток, решила всё же успокоить слишком нервную эльфийку:
— Вилавин, мне напомнить тебе, что он, вампир, которому плевать на побрякушки? Я очень удивлюсь, если узнаю что тот, кто носит однотипные чёрные балахоны будет слишком предвзято относиться к чужим нарядам.
— Ты не понимаешь! — махнула рукой эльфийка, готовая кажется пойти в белой сорочке, потому что все платья кажутся ей недостаточно достойными.
— Ну да, — хихикнула я, — куда уж мне соплячке понять такую древнюю старуху как ты. — После чего немного подумала и добавила: — Может, пришло время тебе отплатить и вернуть те затрещины, что ты мне раздавала, когда успокаивала?
Вилавин замерла, искоса посмотрела в мою сторону и заключила:
— Майя, у тебя очень испортился характер.
