Тварь издала громкий, даже тут, наверху, внушавший уважение клокочущий звук, а напарник тихо проговорил длинную матерную тираду. Получив несколько залпов практически в упор, монстр метнулся в сторону и пропал, но лишь визуально, продолжая ощущаться моим даром, и судя по тому, что я видел, отступать он не планировал.
Понимая: всё хреновое, что могло произойти, уже случилось, я прижал палец к наушнику и сообщил Ясе, что тот обходит по дуге к правому борту. Едва она успела развернуть турель, как тварь начала стремительную атаку, проявившись лишь в нескольких метрах от цели, и, игнорируя последовавший от выстрелов урон, вцепилась в основание башни.
Турель успела сделать всего пару выстрелов, как Яся выругалась и по твари открыла огонь вторая башня нашего транспорта, но, увы, с ещё меньшим эффектом, чем первая. А вот твари, те, что ещё только двигались к черноте, и те, что уже возвращались с неё, наоборот, уверенно взяли направление к источнику шума. Правда не так резво как должны были, видимо чувствуя присутствие более матёрого сородича.
- Все, - сняв систему наведения подытожила девушка, да я это и сам видел, поскольку, если первую турель тварь вывернула частично, то вторую оторвала полностью, бросив в сторону, как надоевшую игрушку.
Элитник, едва помещавшийся на крыше вездехода, видимо что-то учуял, принявшись с яростью пробиваться внутрь, и вскоре частично достиг успеха, оторвав с креплений одну из защитных плит. Но даже с учётом слегка расширенного отверстия, где ранее располагалось выдранное с корнем орудие, внутрь он мог просунуть разве что свою корявую лапу.
- Может из твоей винтовки шарахнуть? - обречённо поинтересовалась подруга.
- Бессмысленно, - ответил я, - если повезёт - пробью споровый мешок, а что с остальными делать?
Тем временем на шум, с которым элитник пытался развить успех вскрытия вездехода, подтянулись и другие группы заражённых, обхватив место действия в некую дугу, оставаясь при этом на почтительном расстоянии. Ночная тьма развитым тварям была не особой помехой, так что рисковать приближаться к более матёрому сородичу никто из них не желал. В какой-то момент, матёрый монстр прекратил попытки всунуть в небольшое отверстие морду или что-то нащупать в нём лапой и озадаченно привстал, крутя башкой по сторонам.
Спрыгнув с вездехода, тварь спокойно направилась в сторону ближайшей к месту действия группы, а подойдя, совершенно по-хозяйски схватила почти закончившего своё превращении в топтуна заражённого. Тот вроде как даже попытался убежать, но замер, как будто получил приказ, а когда оказался в массивной когтистой лапе и вовсе выказал удивительную покорность, даже не делая попыток вывернуться.