Автор
Отчаянно посмотрела на мать: бесполезно. Она упряма как осел, что требует или просит чего-то, не отступится ни перед чем. Вера в нее. Что делать? Нужно донести до нее, но это невозможно. Галюша начинает все с намеков, жалоб и мелодичного скрипания – ничего не помогает.
Вон сколько морщин вокруг глаз! Но если не приглядываться – Галина, она же Галчонок, Галкин, Галочкин и Галюшкин, выглядела моложаво. Короче, сзади пионерка, а спереди пенсионерка. Ну ладно, небольшое преувеличение. Но и не девочка.
С возрастом отец начал сдавать. То гастрит обострится, то давление. Ему, человеку, привыкшему получать от жизни сплошные удовольствия и ощущать себя сильным и здоровым, это было убийственно – как так: ему противопоказаны жареное мясо и алкоголь? Кофе и сладкое? Ну, ребята, вы спятили! По строгой рекомендации врачей есть отварной хек и пюре на водичке? Он далеко не алкоголик, но чтобы отказывать себе в рюмке водочки за обедом? А зачем тогда жить? Какие вечерние прогулки и ранний сон? А посмотреть хоккей или смешной фильмец? А почитать? Море не летом, а поздней осенью, когда нет жары и солнца? А зачем тогда море? Средняя полоса, подмосковная дача? Да нет у него дачи! И вообще – дачи он ненавидит! Какие дачи, что там делать? Копать огород?
Отец был растерян.
В итоге он так довел себя, что грянул инфаркт. От стресса? «Нет, – упрямо твердил отец, – у меня не было стресса».
Был, еще как был! Не стресс – стрессище! Он отказывался принимать себя старым и немощным, не принимал жизнь без привычных удовольствий – зачем тогда вообще жить?
После инфаркта отец совсем скис и стал всего бояться: открытой форточки и свежего воздуха, боялся простыть, сделать лишний шаг, хотя ему требовалась небольшая нагрузка.
Галина тоже впала в депрессию. Ей, жизнерадостной и беспечной, было сложно принять новые реалии. Как жить без любимых ресторанчиков, без магазинов, без гостей? Что это за жизнь среди вечных больниц, врачей, запаха лекарств и овощных бульонов? Галина рыдала и названивала Лине. Зачем? Непонятно.
"Лина, замученная работой, конфликтами с мамой и проблемами с Катькой, молча выслушивала ее и принималась утешать.
Именно Лина искала врачей, поликлиники и больницы, именно она висела на телефоне, договаривалась, консультировалась. В общем, отвечала за все – Галина самоустранилась.
«Ну ладно, – думала Лина, – хотя бы меняет постель и варит кашу, уже хорошо». К отцу Лина ездила в выходные, на неделе не было сил.
