Автор
Отчаянно посмотрела на мать: бесполезно. Она упряма как осел, что требует или просит чего-то, не отступится ни перед чем. Вера в нее. Что делать? Нужно донести до нее, но это невозможно. Галюша начинает все с намеков, жалоб и мелодичного скрипания – ничего не помогает.
Райку рыжую Гера отставил – достала – и пребывал в состоянии перманентного и очень желанного жениха.
Галина Ивановна трудилась в новой, организованной Гериными стараниями пекарне. Уставала, но деньги бандиты платили, не задерживали. Вера окончила школу и совсем не знала, что делать дальше. Хотелось сбежать из Энска, но как бросить маму? Как оставить ее одну, да и куда податься? В Москву было боязно – знакомых там не было, денег тоже не было, да ничего не было, кроме желания изменить свою жизнь. Но как это сделать, Вера не знала.
Да и слухи про жизнь в столице ходили разные. Вот, например, Рита Горинова уехала, и все у нее хорошо. Но Рита умница, медалистка, легко поступила в институт, жила в общежитии, с ней все было понятно.
Или вот Ленка Стукалина – вот там, говорят, все иначе. Сплетничали, что Ленка стала путаной, то есть дорогой проституткой. В Энск Ленка не приезжала, и понять, что правда, а что вранье, было нельзя.
Была еще одна уехавшая, Настя Говоренко. Та работала в баре официанткой, в Энск наезжала навестить родителей.
С Москвой Вера тянула. С мамой они эту тему не поднимали, потому что обе боялись этого разговора. Однако тема Вериного отъезда висела в воздухе. А пока она работала на почте и готовилась к поступлению в институт.
С Герой Солдатом Вера столкнулась накануне Нового года на выходе из центрального универмага, где покупала новые елочные игрушки и блестящую мишуру.
Вера вышла на улицу и, вдохнув свежий колючий морозный воздух, от блаженства закрыла глаза.
Вера попробовала вырваться из цепких рук опасного незнакомца. Но не тут-то было – руки своей он не разжал, зато кривовато усмехнулся:
– Что, испугалась?
– Не испугалась! – дерзко ответила Вера, попыталась вырваться, дернулась вперед и не удержалась, грохнулась вместе с коробкой с игрушками, которые жалобно хрустнули.
