Автор
Отчаянно посмотрела на мать: бесполезно. Она упряма как осел, что требует или просит чего-то, не отступится ни перед чем. Вера в нее. Что делать? Нужно донести до нее, но это невозможно. Галюша начинает все с намеков, жалоб и мелодичного скрипания – ничего не помогает.
Разве ты, Таня, можешь быть уверена, что твоя замечательная Ниночка, твоя Нина Васильевна, не предала бы тебя, будь ей это выгодно? Ну, например, не заменила бы тебя на другую сиделку, более покладистую и спокойную? И не переписала бы завещание?
Чего ты боялась? Больной совести или остаться без квартиры? С совестью ты бы справилась. А что до квартиры – так у тебя бы была квартира, двухкомнатная Вадима, с видом на Останкинский парк. Отличная, надо сказать, квартира, комнаты по пятнадцать и кухня десять квадратов.
Вот к чему привели твоя порядочность, честность и благородство. А теперь живи так, как получится. Впрочем, получится у тебя плохо. Скучно и серо, но как уж есть. Как говорил Вадим, в первую очередь надо думать о себе, только идиоты думают о других. Ну вот и сиди, идиотка. И наслаждайся своим наследством.
К ней уже не обращались «девушка» – к ней обращались «гражданочка», «женщина» или «тетенька».
Как быстро, почти мгновенно, из молодой и симпатичной девушки она превратилась в обычную зачуханную тетку? Как так получилось? Как она допустила это, как не заметила?
Надо срочно менять прическу, одежду.
Но эта самая жизнь, как всегда, оказалась мудрее нас. Все, что могла, Таня сделала: перестала есть сдобные булочки, на обед и ужин строгала капусту, морковь и свеклу. Остригла волосы, купила очки в модной современной оправе, надела джинсы, накрасила глаза. Так изменилась, что на работе ее не узнали.
Знакомство с Верой было случайным – та сломала каблук. Бежала куда-то, споткнулась – и нате вам: авария. Чертовы каблуки, чертовы босоножки! От отчаяния и злости Вера заплакала.
Таня шла мимо. Увидев плачущую молодую женщину, остановилась:
– Ой, как же вы так! Я могу вам помочь?
– Интересно, – раздраженно ответила Вера, – чем вы мне можете помочь? Снять с себя туфли и отдать мне? Хотя нет, можете! Пожалуйста, поймайте машину! Вам не сложно? Я даже до угла не доковыляю, а здесь никто не остановится.
– Конечно, поймаю, – улыбнулась Таня. – Но и туфлями могу поделиться. – И Таня потрясла пакетом, в котором лежали только что купленные новые туфли. – Может, они так себе, но, по крайней мере, с целыми каблуками.
