Пентаграммы, надерганные из невообразимо далеких друг от друга источников… В них нет идеи, стержня, тайны, в конце концов. Понимаете меня? Кто-то пытался пустить вам пыль в глаза.
– Не мне, – ответила Сабина внезапно осипшим голосом. – Этой папке больше двадцати лет.
– Ну, значит, не вам, – согласился профессор. – Мне сказали, это может быть связано с преступлением. Если требуется, я напишу экспертное заключение.
– Нет, заключение писать не нужно, – ответила Сабина. Глаза ее смотрели в пустоту, мысли проносились в голове с невероятной скоростью.
– Достаточно ваших слов, профессор. Спасибо, вы очень помогли.
Он действительно помог. Впервые с начала расследования перед Сабиной забрезжил свет. Прижимая к груди папку, она вышла на улицу. Снаружи было тепло и ясно, в воздухе плавала солнечная пыль, и Сабина на секунду зажмурилась. Вот теперь она точно знала, какие вопросы задаст Смородинцеву, когда отыщет его.
В селе Павлюшино, у Марьяны, Смородинцева не оказалось. Сама же Марьяна так ругалась, услышав его имя, что взбаламутила всех соседей.
Соседи тоже подтвердили, что Смородинцев не появлялся здесь уже лет сто. Бросил Марьянку, ясное дело. Тем не менее в потоке проклятий и бранных слов Сабине повезло уловить нечто полезное. А именно – упоминание о двоюродной сестре Смородинцева Калерии. Не долго думая, Сабина набрала номер Белолипецкой и поинтересовалась, не известен ли ей адрес упомянутой особы. Адрес актриса знала, но была абсолютно уверена, что все это пустой номер.
– Она вам все равно ничего не скажет, – предупредила актриса.
– Это, знаете ли, «синий чулок» со старомодными понятиями о чести. Не представляю, как можно было воспитать такое чудо природы. Наверное, высокооплачиваемая гувернантка во всем виновата. Если Смородинцев велел кузине молчать, да еще слово с нее взял – считайте, это могила.
– Старомодные представления о чести? – пробормотала Сабина, лихорадочно раздумывая, есть ли на свете что-нибудь такое, что заставит женщину, воспитанную гувернанткой, нарушить данное слово.
Идея, которая в конце концов пришла ей в голову, была проста по сути, но сложна в исполнении. Смысл ее заключался в том, чтобы заявиться к Калерии в гости с целой охапкой малышей и убедить ее, будто все они принадлежат Смородинцеву. Она надеялась, что благородная Калерия проникнется к малюткам сочувствием и в конечном итоге выдаст место пребывания своего беглого кузена.
В качестве сообщника по осуществлению затеянного мероприятия Сабина выбрала Тамару.
