Автор
Вдали от земной привычки, время и пространство меняются для цеппелей. Но внутри оставляется ощущение стоящего дома. Наблюдатели поражены: вместо твердого корабля они видят рябь Пустоты. Это уникальное путешествие через неизведанное, где каждый шаг открывает неведомые доселе миры....
– В прошлый раз вы тоже показались хозяевам планеты добрым волшебником?
И его шутливый, совершенно неожиданно шутливый вопрос резанул Акселя невидимым ножом.
«Добрым волшебником!»
Крачин не забыл о своей миссии, но торжественный церемониал встречи и вопросы, которыми его закидали сенаторы, заставили его отвлечься. Теперь же пришло время говорить о том, о чём говорить не хотелось. Но сказать было необходимо.
– В прошлый раз – да, – ответил Аксель, по очереди оглядывая собеседников. – Однако вам я добрым волшебником не покажусь.
Глава 6
в которой Галилей изучает звёздное небо, Бабарский развивает бурную деятельность, Феодора принимает непростое решение, Помпилио заполняет эфир непонятным и проявляет уважение, Наамар никому не верит и не видит выхода, а Дорофеев демонстрирует готовность к любому развитию событий
– Извини, дверь была открыта, – произнесла Аурелия. – И даже приоткрыта.
– Я не закрыл дверь? – удивлённо спросил обернувшийся Галилей.
– Нет.
Астролог несколько мгновений смотрел ведьме в глаза, понял, что женщина не лжёт: будь дверь закрыта – она бы постучала, а будь заперта – не смогла бы войти, и вздохнул:
– Со мной такое в первый раз.
– Я так и подумала.
– Почему?
– По тебе видно, – улыбнулась женщина, но лёд не растопила.
– В астринге не должно быть посторонних, – проворчал Галилей.
Однако не был услышан.
– Ты заметил меня не сразу, а я не сразу тебя позвала, – продолжила Аурелия, словно не заметив ответа астролога. – Наблюдала за тобой через приоткрытую дверь и была немного удивлена.
– Чем?
– Тем, как ты смотрел на астринг.
Квадрига вздрогнул. Но промолчал. Отвернулся и подошёл к рабочему креслу.
– Как будто он больше не твоя любимая игрушка, – продолжила ведьма.
– Астринг никогда не был моей любимой игрушкой, – ответил Галилей. Хмуро, но всё-таки ответил. Не глядя на женщину. – Астринг очень быстро стал частью меня, ещё в Академии, но у астрологов иначе не бывает: или астринг становится тобой, или нужно искать другую работу. Однако сейчас… – Галилей провёл рукой по подлокотнику кресла, и Аурелия вдруг поняла, что он избегает касаться металла, гладит кожаную обивку и убирает руку, когда ладонь оказывается слишком близко от астрелия.
– Ты чувствуешь его? – тихо спросила Аурелия.
– Абсолютно.
– А себя?
Этот вопрос вновь заставил Квадригу вздрогнуть.
