Автор
Иван Павлович Подушкин снова втянут в опасное расследование. На пути к разгадке преступления он побывает в плену у бандитов, столкнется с невероятными приключениями и даже примет участие в экстремальном сафари на черепашку. Сможет ли сыщик выжить и найти истину?
«Жигули», только что исправно тащившие хозяина, решили умереть.
Я вышел на дорогу, пнул ногой колесо и повернулся к милиционеру.
– Вы в моторах понимаете?
– Не-а, – по-детски ответил тот и добавил: – Я только третий день один стою, меня на работу недавно взяли. Вы торопитесь, да?
– Очень, – нервно ответил я.
– Мне тут еще долго париться, – сказал гаишник, – оставляйте тачку, идите на метро – вон вход, в двух шагах отсюда. Быстрее доберетесь под землей, центр весь перекрыт.
– Почему? – удивился я.
– Демонстрация там, пенсионеры бузят, – охотно пояснил юноша, – недовольны чем-то. Так что лучше вам на метро. Вызовете ремонтную службу, они машину заберут, я за ней присмотрю."
"И что было делать? Поблагодарив гаишника, я поспешил к метро, чувствуя, как прохладный ветер забирается под широкую юбку.
Глава 23
Несмотря на вечер, в подъехавшем к платформе поезде было такое количество народа, что я решил подождать другую электричку. Но и во втором, и в третьем, и в четвертом составе люди набились битком. Поэтому пришлось втискиваться в переполненный вагон. Уцепившись рукой за поручень, я попытался вздремнуть, но внезапно ощутил тычок. Открыв глаза, я посмотрел по сторонам – меня пихнули слева. Там стояли растрепанная, толстая тетка с громадной сумкой и милый, чистенький дедушка, приятно пахнущий хорошим одеколоном. Поняв, что баба задела меня своей торбой, я снова смежил веки, нет никакого смысла гневно восклицать: «Немедленно прекратите толкаться, уберите подальше сумку».
Куда тетке деть багаж? Вокруг людей как огурцов в бочке, баба же не нарочно пнула меня – вагон качается, вот она и не сумела сохранить равновесие.
Не успел я погрузиться в легкую дремоту, как вновь ощутил толчок. Сообразив, что тетка теперь будет бить меня постоянно, я решил отойти в сторону.
Повторяя бесконечно: «Извините, пожалуйста», – я переместился в середину вагона, уцепился за никелированную железку, закрыл глаза и… почувствовал чужую руку на своей, как бы помягче выразиться, филейной части. На этот раз меня довольно крепко ущипнули. Мое изумление достигло предела; ладно, пинок сумкой был случаен, но щипок! И потом, неужели толстая баба последовала за мной?
Я изучил новых соседей: теперь возле меня покачивалась старушка в необъятной шерстяной кофте, женщина в красном платке и… дедушка, тот же, что и раньше, чистенький, благоухающий парфюмом.
