Немецкий писатель Артур Гайе, мечтавший о дальних путешествиях, устроился на китобойном судне в Атлантике. Его приключения в Южной Африке и по всему миру наполнены испытаниями и открытиями. В сборнике собраны истории о героической отваге и бесстрашной предприимчивости.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сафари»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Немецкий писатель Артур Гайе, мечтавший о дальних путешествиях, устроился на китобойном судне в Атлантике. Его приключения в Южной Африке и по всему миру наполнены испытаниями и открытиями. В сборнике собраны истории о героической отваге и бесстрашной предприимчивости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ренэ Гузи Легкое чтение Любовные романы Приключения подборки серии
Немецкий писатель Артур Гайе, мечтавший о дальних путешествиях, устроился на китобойном судне в Атлантике. Его приключения в Южной Африке и по всему миру наполнены испытаниями и открытиями. В сборнике собраны истории о героической отваге и бесстрашной предприимчивости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Теперь ступай, сын мой, да хранит тебя Аллах!
Они стояли на поросшем мхом камне и молча держались за руки. На стройных стволах бамбука листья дрожали и колыхались от вечернего ветерка, как связки зеленых перьев. Солнце склонялось к закату, из-за мощных горных громад струились лучи розового света. Хребты и скалы сияли золотым блеском, долины тонули в голубом полумраке…
Как при последнем их прощании у озера Альберт Ниянца, Хатако прижал к своей груди сухую желтую руку араба.
— Думай хорошо обо мне! — пробормотал он торопливо и вприпрыжку пустился бежать по скату.
Достигнув первых высоких деревьев, он еще раз оглянулся. Там, наверху, стоял его старый, единственный друг и смотрел ему вслед…
Хатако знал в долине одну дорогу, которой несколько раз провожал на охоту офицеров. Но теперь с гигантских деревьев на землю спустился мрак, запутался между листьями, стволами и сплетениями воздушных корней, непроницаемой тенью покрыв непроходимые просеки.
Как охотничья собака, потерявшая след, бросался аскари с низко опущенной головой из стороны в сторону. Наконец по нескольким едва заметным приметам он все же признал место, которое искал, и вошел в дремучий лес. Он шел настолько быстро, насколько это позволила заросшая тропа.
Лес замер в торжественной вечерней тишине, лишь изредка раздавался какой-нибудь звук; дневные звери улеглись на покой, а ночные еще не проснулись. В этой тишине отчетливо и громко раздавался шелест сухой листвы под его ногами и шум сучьев и ветвей, которые он задевал своим узлом. Изредка в лиственной крыше открывались просветы. Он с тревогой вглядывался в небо, сиявшее над долиной.
Тихое журчание нарушило безмолвие, затем оно постепенно перешло в плеск и ропот струй — между бамбуками и дикими бананами протекал ручей. Ха-Хатакоступил в воду. Освежающий поток омыл его израненные ноги; затем он стер со лба капли пота и торопливо напился из горсти.
Он стоял, переводя дух. Вдруг в серебристо-серой листве гигантского дерева послышалось странное, постепенно усиливающееся жужжание. Хатако, прислушиваясь, поднял голову. В сумеречном воздухе леса неслись звуки многоголосого пения…
Хатако сделал неосторожное движение — и сразу в ветвях дерева возникли шум и возня. Он узнал певцов девственного леса: это были большие черные обезьяны, за спинами которых от плеч и до хвоста при каждом прыжке развевались, как шелковые знамена, длинные белоснежные гривы волос.
Крик белого ястреба звонко прозвенел в вечернем небе. Одинокий путник встрепенулся, бросился через ручей и снова зашагал в сгущавшейся тьме леса.
Он нетерпеливо вглядывался в окружающий мрак. Наконец между стволами деревьев замелькали светло-серые пятна. Он дошел до опушки леса.
