Вот только что в гостиной стояла мертвая тишина, а вот он уже объясняет основы:
— Наши энергетические каналы больше похожи на тончайшую паутину. И не одну, а несколько паутинок, которые ветром слепило между собой. Чем сильнее и опытнее маг, тем больше у него этих паутинок. Рано или поздно основные каналы совпадают и сливаются. Так у магов появляются «коронные» заклятья. Те, на которые маг тратит минимум ментальных усилий. То есть силы уходит столько же, сколько и у другого мага. Но! Но внимания и времени требуется меньше. Это как с любым другим ремеслом. Опытный брадобрей оставляет клиента без волос и денег куда быстрей, чем неопытный. И так далее.
Алвориг Нортренор замолчал, взял пустую чашку, грустно в нее посмотрел и, тяжело вздохнув, продолжил:
— У тебя же, Мэль, эти паутинки прожжены насквозь. Именно этот ожог тактично называют «изъяном». Универсальный концентратор калечит людей тем, что вмешивается в энергетический поток. Он не принимает отданную колдуном силу, а вытягивает. С одной стороны, колдовать с его помощью проще, он сам забирает из очага столько силы, сколько нужно. С другой стороны, при частом использовании появляется ожог на сетке энергетических каналов, и в дальнейшем маг уже не сможет колдовать без концентратора. И чем дальше, тем хуже. Даже для самых простых действий будет необходим артефакт.
В голове шумело. Да, я постоянно использую концентратор, если говорить о сильных, мощных чарах, но… Но я читала, что это полезно!
— Полезно, — кивнула бабушка. — Если артефакт нормальный и правильно настроенный, то первые лет десять стоит посвятить «раскачиванию» концентратора. Чтобы его изначальные настройки, сотворенные мастером, стали идеальными.
— Но почему? — Нольвен сцепила между собой пальцы. — Зачем? Какой в этом смысл? Ну не для того же, чтобы Мэль вышла замуж и с нее сняли концентратор, оставив ее беззащитной перед мужем?! Ну бред ведь! Тем более что все это началось…
Лисонька принялась подсчитывать, когда именно мы познакомились, и вместо нее заговорила Мера:
— Все это началось после того, как я ушла от мужа. Я искренне надеюсь, что у всего этого есть какая-то иная причина.
В ее голосе звучала такая боль, что мне стало страшно. Несгибаемая Меровиг не может испытывать такие эмоции! Она должна презрительно усмехнуться, призвать трубку, закурить и последовательно объяснить, почему мы все дураки и что, по ее мнению, будет правильно сделать.
Но Мера молчала. Крутила браслет на запястье — хотя нас за такие привычки нещадно проклинала — и не поднимала глаз
— Они его с меня не сняли, — тихо сказала я, когда молчать стало невыносимо. — Выпустили из дома, а могли еще тогда посадить под арест. Без магии… Без магии я ни на что не способна.