В Сагертской Военной Академии правят интриги и неформальные закулисные игры. Здесь гармонично сочетается благородство и скрытая амбициозность. Квэнти и Квэнни обменяются удачными шифрованными сообщениями, мимо которых пролетит лишь косноязычный комментарий, когда они прячутся в темноте под пальмами....
К сожалению, у семьи Лавант денежные трудности и они попросту не потянут ту зверскую плату, которую взимают там со студентов.
Посмеиваясь, мы влились в студенческий поток и вместе со всеми втекли в главный зал Академии.
— Не забудьте сдать жетоны, — напомнил нам заморенный дежурный и поспешил к следующей группе студентов.
— Ага, сдать, — фыркнула Нольвен. — Все знают, что выпускники оставляют жетоны себе на память!
— Традиция, — я пожала плечами и огляделась. — Давай поближе к сцене, чтобы тебе не пришлось толкаться, когда объявят.
Стевена нигде не было видно. Но, с другой стороны, найти друг друга в такой толпе попросту невозможно. Ничего, найдемся после церемонии представления лучших выпускников.
— Поверить не могу, что моя мечта сбудется, — прошептала Нольвен и нервно потерла ладони. — Неужели мое отрицательное везение ничего не испортит?
В серо-зеленых глазах подруги поселилось беспокойство, а коже побледнела настолько, что проступили все-все веснушки. На фоне огненно-рыжих волос это смотрелось удивительно красиво.
Наконец широкие двери были закрыты, а на сцену поднялся хор первокурсников. Ох, никогда не забуду этот позор. Целый год мы готовились к выступлению и в итоге… нет, не хочу вспоминать.
Первокурсники, почти второкурсники, исполнили гимн Сагертской Академии Исцеления и ушли со сцены. Никто не упал. Впрочем, за все годы такая неудачница была только одна — я.
«Не вспоминай», — приказала я себе.
На сцену поднялся ректор. В его руках был пергаментный свиток.
— На сцену приглашается лучший выпускник Сагертской Академии Исцеления — алвориг Стевен Тенеан!
Я, ожидавшая приглашения для Валики Тревёр, поперхнулась воздухом. Что?! Стевен?! Но как же так?
— Это какая-то ошибка, — неуверенно произнесла я.
Но нет, на сцену поднялся мой жених, в новеньком, с иголочки, наряде. С широкой улыбкой он поклонился ректору, принял от него памятный значок и даже посмел проговорить что-то о том, как сильно он старался, чтобы заполучить это место.
Студенты в ответ на это жиденько поаплодировали: истинная таблица успеваемости была вывешена еще позавчера, и Стевен там был на третьем месте.
— Ажуре-еть, — емко выдохнула Нольвен и тут же скастовала на меня заклятье истинного спокойствия. — Жду ответную любезность.
Я, немного заторможенно, повернулась к своей лучшей подруге и наложила на нее такое же заклятье.
