Передо мной лежала детская открытка с медвежатами. Каждый год отец присылал мне такую на день рождения, но он ушёл много лет назад. Теперь эта простота и обычность открытки становится необычной приманкой, заставляющей задуматься о тайнах прошедшего и незримых связях между поколениями....
Я вошёл в комнату бестолочи и включил свет. Она сморщила нос и залезла с головой под одеяло.
– Так не пойдёт, вылезай.
Отбросив одеяло, я задрал повыше рукав её пижамы. Чёрт, руки тряслись почему-то. Болеющему телу это не понравилось. Девчонка разлепила веки и посмотрела на меня. Взгляд стал более осознанным и метнулся иголке. Глаза в ужасе расширились, и бестолочь попыталась отползти.
– Да тихо ты. Скорая занята, так что врач сказал сделать.
– А ты умеешь? – раздался хриплый голос со стучащими зубами.
– Нет.
Бестолочь без сил рухнула обратно лицом в подушку и затихла, подставив плечо. Умница.
Протерев место укола салфеткой, я воткнул иглу и медленно ввёл лекарство. Кажется, получилось.
Янка натянула одеяло и попросила выключить свет. Я щёлкнул по выключателю и развалился в кресле.
– Почему не уходишь? – донеслось из-под одеяла.
– Подожду результат.
На связь опять вышел Должанов, но настроения общаться не было, поэтому я оставил сообщение без ответа, а сам открыл какую-то приложуху-игру для одноклеточных.
Минут через двадцать тишины бестолочь выползла наружу и увалилась на спину на подушку. При свете ночника и экрана моего смартфона было видно, как мелкие белобрысые кудри прилипли ко лбу и шее. Взмокла. Это ж вроде хорошо?
– Жива?
– Лёша, ты ещё тут? – голос уже больше был похож на человеческий.
– Угу.
– Пить хочу.
Ну это уже наглость.
– Графин на столике.
Кое-как бестолочь выползла из постели и налила себе стакан воды. Дрожащими руками поднесла ко рту и жадно выпила.
– Лёш, спасибо тебе. Но мне надо бы переодеться.
Да, я это заметил. Пижама тоже взмокла и прилипла в некоторых местах. В тех самых.
Я молча встал, разозлившись на себя. Залип долбанной бестолочи, которая ещё и чуть ли не при смерти была час назад.
– Таблетки по расписанию. Коробка на столе. Я уехал, хватит уже с меня доброго самаритянина.
Я свою миссию выполнил. Хватит. Демьян ещё раз пять писал. А тут как раз и отец отзвонился, сообщил, что скоро будут. Надо будет сказать ему, что на хрен его идею с медицинским.
Глава 33
ЯнаУдивительно, но сегодня я почти выспалась. Проспала всю ночь, просыпаясь от кашля лишь два раза. В последние три недели я измучила им себя и всех в доме. Воспаление лёгких – дело не шуточное.
Лицей открыли уже на вторую неделю, а у меня только температура спала на шестой день. С боку на бок переворачиваться в постели сродни пытке, потому что обе мои многострадальные половинки исколоты вдоль и поперёк.
