Передо мной лежала детская открытка с медвежатами. Каждый год отец присылал мне такую на день рождения, но он ушёл много лет назад. Теперь эта простота и обычность открытки становится необычной приманкой, заставляющей задуматься о тайнах прошедшего и незримых связях между поколениями....
Шутки шутками, а еда здесь действительно вкусная, совсем не такая, как в государственной школе. Оплачивать наличными, оказалось, ничего не нужно, после составления заказа необходимо лишь дотронуться специально выданной в учебной части картой к терминалу, и сумма перейдёт на родительский счёт. Предлагалось несколько вариантов первого и второго, а также буфетная продукция. Я, как и моя новая подруга, взяла довольно скромный набор: гречневую кашу, винегрет и ароматный абрикосовый компот. И того оказалось за глаза.
Помещение столовой было светлым, большим, но вместе с тем каким-то уютным, теплым, что ли. На длинных столах яркие клеёнчатые светло-зелёные скатерти с жёлтыми подсолнухами. Огромные окна со светлыми занавесками, картины с изображением пищи и плакаты, рассказывающие о пользе правильного питания.
Мы с Аней сели за самый дальний стол, принялись трапезничать и разговорились. Оказалось, что она из города, из простой семьи. А в этот лицей попала по гранту, который получила за победу во Всероссийской Олимпиаде по физике ещё в девятом классе.
– Я тоже из обычной школы. Жила с тётей в **ске, пока мама тут работала, а теперь вот и меня забрала, – поделилась я.
– Они меня долго доставали, – я сразу поняла, что Аня говорит об одноклассниках. – Наверное года два, но потом отстали. Иногда бывает, конечно, но я внимания не обращаю. Эти богатенькие выскочки не помешают мне на пути к МГУ.
Степанова сказала как отрезала и закинула в рот последний кусочек хлеба. А я искренне удивилась и порадовалась за неё, за её смелость и твёрдость духа, за такое целеустремлённое умение идти к цели.
Напряжение снова вернулось, будто в спину вставили спицу. Алексей мазнул по мне тяжёлым взглядом, но мне и этого хватило. Кусок в горло больше не полез, и стало как-то душно и неуютно в этом огромном, полном шума помещении.
Аня проследила за моим взглядом, обернувшись вполоборота.
– Эти, – подытожила она, презрительно поджав губы.
Красивая компания, что и говорить. Две девушки – те, что сидели за первой партой, и трое парней. Среди них тот самый Должанов, что как-то странно назвал Аню, когда она ответила на биологии.
– Слушай, извини, если спрошу глупость, но почему этот… парень, – хотя на языке вертелось другое слово, – так тебя назвал? Это что-то обидное?
Я спросила, и тут же прикусила язык.
