Автор
В темное ущелье дороги к особняку Фостеров вставляются последние метры. Тысяча факторов бьется о голову авторучкой, но главный страх — спасти машину до смерти пробежавшей по мостовой водяную лавки. Здесь ты слышишь лишь шум двигателя и собственных сердечных сокращений....
Эти девушки, что сейчас явились сюда, были моим временным спасением, и я не собиралась от него отказываться. Пусть делаю со мной, что пожелают, только не оставляю наедине с возбуждённым мужчиной, который похотливым взглядом смотрел на меня минуту назад в ванной."
"— Брат, — усмехнулся Дэвид, заметив меня у двери. — Скорее всего услышал тебя… — не скрывая злости, процедил он, уничтожая своим взглядом и заставив меня инстинктивно сделать шаг назад.
Никогда не думала, что буду благодарна Ричарду, но это, действительно, произошло.
Меньше всего меня сейчас заботили последствия, которые в случае провала, могли настигнуть… Да, я обещала, что за своё спасение сделаю всё, что они пожелают, но сейчас твёрдо поняла, что не справлюсь… Не готова была дать того, чего они от меня ждали…
Близость сразу с двумя — за пределами моего понимания.
— Отдыхай, маленькая, — взяв себя в руки проговорил мужчина. Неожиданно улыбнулся, не стесняясь присутствующих, поправил в штанах свой стояк и твёрдой походкой покинул мою комнату.
Едва Дэвид вышел за пределы стен тускло освещённого помещения, я присела на кровать и шумно выдохнула от облегчения.
Обошлось! С ума сойти!
Понимая, что “грешная ночь” в самом разгаре, а я до сих пор жива и здорова, тут же улыбнулась. Всё прошло лучше, чем я ожидала. Ни с кем из братьев мне не пришлось ложиться в постель, а завтра за забором поместья будет спокойно и безопасно.
Оставалось лишь придумать, как сбежать. Отчётливо понимала, что меня станут искать, поэтому сразу после побега нужно покинуть город.
— Ваша одежда, — натянуто проговорила брюнетка в синей униформе горничной, смотря на меня с пренебрежением, словно я грязная шлюха и не достойна уважения.
— Я здесь не по своей воле… эта ночь… она… — начала я, пытаясь объяснить своё нахождение в этих стенах.
Было неприятно осознавать, что меня воспринимают игрушкой их хозяев.
