Финч бросил на меня тревожный взгляд.
— Элиза! — позвал он.
— Чего вы хотите? — произнесла сухо.
— Подойдите ко мне, пожалуйста! — попросил он.
— Зачем? — удивилась я.
— Вот сюда, — он поманил меня к широкому подсвечнику, который стоял в самом углу холла, давая много света.
— Мне, наверное, показалось... — произнес Финч, а когда я приблизилась, потянулся ко мне и осторожно прикоснулся пальцами к моему подбородку. — Вы позволите! —проговорил тихо. От нежного касания его рук, которые вновь стали горячими, мое глупое сердце затрепетало.
— Нет, — вырвалась было я, но Финч успел нагнуть мою голову вниз и бросил взгляд на волосы, рассыпавшиеся по плечам от быстрого бега.
— Не прикасайтесь ко мне! — мне наконец удалось оттолкнуть мужские руки, и я отскочила на шаг назад, удивив дворецкого своей несдержанностью.
— Я понимаю, что вы устали, Элизабет, но прошу вас уделить мне немного времени и дать возможность поговорить в гостиной, — не дав мне опомнится, Финч повернулся к дворецкому, что продолжал стоять с нашей верхней одеждой в руках.
— Морган! Чай и сладости для Ее Высочества принесите в гостиную на первом этаже.
— Да, милорд, — поклонился тот и поспешил прочь.
Я дождалась, пока дворецкий исчезнет за поворотом и повернулась к опекуну.
— Вы собираетесь отсчитать меня за то, что нарушила свое обещание не покидать особняк? — уточнила резко.
— Нет, — он выглядел уставшим, — ваши волосы! — намекнул.
Я вскинула руки, словно могла каким-то образом прикрыть растрепанную прическу.
— Я увидел седую прядь! — добавил опекун.
— Право же, это такая мелочь! — насмешливо заявила я.
— Элиза, вы всегда отличались трезвостью ума, так не откажите мне сегодня в разговоре, — попросил он.
— Не сегодня, милорд, — я резко отвернулась и шагнула к лестнице, мечтая о горячей ванне и таком же горячем чае.
Я чувствовала себя истощенной как никогда.
— Элиза, пожалуйста! — попросил он и я остановилась на ступеньках.
— Элиза! — опекун метнулся ко мне, поймал руку, повисшую безвольно вдоль тела, потянул к себе.
Я не удержалась и повернула к нему свое лицо.
— Пожалуйста! — повторил он.
— Милорд, — я устало вздохнула, — вы вьете из меня веревки. Не пристало джентльмену, лорду, делать подобные вещи. Мы оба устали, вы пережили. — я запнулась, — пережили нападение. Давайте поговорим завтра, когда все успокоится."
"Мою руку отпустили, и она сиротливо вернулась на место.
— Хорошо, — он согласился с видимой неохотой.
— И не вздумайте подсматривать за мной через камин! — предупредила я. — Иначе я залью его водой! — и стала подниматься наверх, точно зная, что он стоит и провожает меня взглядом.
Сегодня мне удалось отстоять свое мнение. Пусть не думает, что нежные прикосновения и ласковые слова заставят меня изменить свое решение.